Романы об Александре Македонском

Александр Македонский был любимым литературным героем почти всех народов средневековья. Популярный позднеэллинистический роман Псевдокаллисфена (II—III вв.) породил ряд латинских подражаний (перевод Юлия Валерия IV в.; «История о битвах Александра Великого» архиепископа Леона Неаполитанского X в.; «Александреида» Вальтера де Кастельоне XII в.). Уже в XI в. провансальский поэт Альберих (Обери) из Безансона создал поэму об Александре. Латинские сочинения об Александре и провансальская поэма послужили источником многочисленных романов об Александре во Франции, Англии, Германии, Испании, Италии, а также и у западных славян (чешская поэтическая «Александреида» и западнославянские переводы «Истории о битвах» архиепископа Леона). Поэмы об Александре Македонском (связанные с тем же Псевдокаллисфеном) возникают и на Востоке. Александру были посвящены величайшие произведения средневековой восточной литературы — «Шах-намэ» Фирдоуси, «Искиндер-намэ» Низами и «Вал Искекдера» Навои. Во всех средневековых романах и поэмах Александр выступал в роли храброго и великодушного витязя, сильнее которого оказался только один противник — ранняя и неумолимая смерть.

Мир лишь прах. Царь смущен был столь явным примером.
Станет прахом и то, что звалось Искиндером.

Эти строки Низами передают основную тему средневековых сказаний об Александре.1 Наибольшего развития трагическая тема Александрии получила в XIV—XV вв. — в период ликвидации феодальной раздробленности в европейских странах и опустошительных войн, когда идеи всеобщей смерти и конца мира причудливо соединялись в умах людей с утопическими мечтами о переустройстве мира и новых блаженных землях за морями.

Роман об Александре, сложившийся в тот же период (вероятнее всего, в XIV в.) в Южной Европе и получивший широкую популярность у южных славян, греков и румын, отличается от других романов об Александре рядом своеобразных черт. Только в этом романе, в частности, Александр и Роксана (не играющая в других Александриях сколько-нибудь значительной роли) стали любовной парой, чем-то вроде Тристана и Изольды. Не желая оставаться в живых после смерти возлюбленного супруга, Роксана рыдает над гробом Александра и кончает самоубийством; Александра и Роксану хоронят вместе. Значительно расширилась в этом романе (по сравнению с его источником — Псевдокаллисфеном) тема приключений Александра в диковинных землях. Появилась здесь и сцена посещения Александром тех мрачных мест, где страдают души умерших, — своеобразная параллель к «Аду» Данте.2

***

«Александрия» — эллинистический роман об Александре Македонском, переведенный на Руси уже в XII в., в различных своих версиях входил в состав  хронографических сводов — «Еллинского и римского летописца», а позднее —  Русского хронографа. В конце XV в. переводится с сербского новая редакция  «Александрии», в отличие от хронографической «Александрии» называемая «Сербской».3

***

До нашего времени дошло не так уж мало [биографий и исторических произведений об Александре]: «Деяния Александра Великого» Квинта Курция Руфа, книги XVII—XVIII «Исторической библиотеки» Диодора Сицилийского, «Поход Александра» и «Индика» Арриана,  «Жизнеописание Александра», составленное Плутархом, «Краткое изложение (эпитома) Истории Помпея Трога», сделанное Юстином. Нравственностью македонского царя интересовались Цицерон, Сенека и Валерий Максим. О странах, которые посетил Александр Великий, нередко упоминают Страбон, Плиний Старший и его преемник Сатин. Царившим при дворе Александра нравам н порядкам посвятил немало страниц Афиней. Эллиана интересовали нетипичные подробности: в «Пестрых рассказах» он обсуждает пиршества Александра, в «Истории животных» — змей, обезьян и прочих тварей, описанных участниками похода. На труд Юстина опирался христианский историк Павел Орозий. При всей внушительности этого списка следует признать: сведения об Александре, находящиеся в нашем распоряжении, дошли в составе сочинений. созданных не ранее I века до н. з.

Средневековая Европа знала об Александре благодаря Курцию  Руфу и Юстину, или краткому пересказу объемистого труда Юстина, сделанному Павлом Орозием. Поскольку без созданных Орозием «Семи книг истории против язычников» (труд был вдохновлен старшим современником и учителем - Блаженным Августином) невозможно представить себе историописание Средневековья, деяния Александра не были позабыты или оставлены без внимания. Орозий, правда, к Александру относился несколько скептически.

Само собой, между IV веком до н. э., когда Александр потряс Балканы, Египет и Азию своими завоевательными походами, и временем создания первых из дошедших до нас трудов о легендарном полководце должно, конечно, существовать связующее звено — иначе откуда Диодор Сицилийский и те, кто следовал за ним, смогли бы почерпнуть свои сведения. В древности об Александре писали немало. Своего первого историка — племянника Аристотеля Каллисфена из Олинфа - полководец уничтожил собственными руками: горделивого автора заели вши, когда по приказу царя он был посажен в тесную клетку. Многие из соратников Александра описали его деяния в своих сочинениях: флотоводцы Онесикрит из Астипалеи и Неарх Критский, полководец и правитель Египта Птолемей, Аристобул, отправившийся вместе с Александром в Индию и возвращавшийся назад через пески Гедросии, — именно Аристобулу Александр поручил восстановление разграбленной могилы царя Кира. При дворе Александра вели «Царский дневник», куда записывалось все происходившее. Сохранились отрывки путевых разрядов. Поколением позже (будем придерживаться версии Арриана) творил Клитарх, весьма недолюбливавший Александра, однако его сочинение оказалось весьма популярно. Плиний Старший именовал Клитарха «прославленным автором», по словам Квинтилиана, он был отмечен талантом н замаран пренебрежением правдой». Насчитывавший не менее двенадцати книг труд «Об Александре» сыграл, как многие полагают, решающую роль в формирования противоречивого образа покорителя мира.

Кроме перечисленных выше источников в распоряжении Плутарха, несомненно, имелся еще один — сборник переписки Александра Великого. В XX веке два подобных сборника были найдены среди папирусов. Многие из писем, на которые ссылается Плутарх, были подлинными, но обнаруженные сборники — это недостающее звено эволюции жизнеописания Александра от истории к роману. Переписка Александра и Дария изобилует деталями, которые вряд ли могли прийти в голову историческим персонажам, зато она отражает представление об Александре как герое увлекательного повествования. Роман в письмах заложил основу бесчисленного множества версий легендарных жизнеописаний Александра Великого.

Сборники писем оказались отнюдь не единственным источником — среди папирусов был обнаружен диалог Александра с индийским мудрецом, или гимнософистом, известный также благодаря «Жизнеописанию» Плутарха. Диалог восходит к такому памятнику, как «Вопросы Мелинды», однако значительно короче и более прямолинеен. Отголоски этого диалога можно обнаружить н в Талмуде, где Александр обращается с вопросами к иудейским мудрецам.

Хотя Александр не сыграл особой роли в истории еврейского народа и упоминается только в начальном стихе Первой книги Маккавеев, его образ был весьма популярен среди еврейской диаспоры, обосновавшейся в Александрии. Именно в этой среде сложились первые версии «Романа об Александре», оттуда пришел роман в письмах, «диалог» с брахманами, отрывок молитвы Серапису, а возможно, и завещание Александра, врученное родосцам, — во всяком случае, вся дальнейшая история поддельных завещании таких исторических личностей, как Цезарь и Антоний, связана именно с Александрией.

Когда был создан «Роман об Александре»? Ответ на этот вопрос дать нелегко, мы достоверно знаем, что его первая версия (условно обозначаемая альфа) появилась не позднее III века н. э., когда и была переведена на латинский язык неким Юлием Валерием. Составляющие романа, например «Послание Александра Аристотелю о чудесах Индии», были написаны не более века спустя после смерти царя. Предание о том, как македонец встречался с амазонками, распространилось едва ли не по возвращении Александра в Вавилон, и сподвижники царя немало над тем потешались, спрашивая, почему же им не довелось увидеть женщин-воительниц?

Круг преданий об Александре невозможно представить себе без его переписки с индийскими брахманами, которую в IV веке дополнило сочинение христианского епископа Палладия, причем брахманы воспринимались как целый народ «нагих мудрецов», а не отдельная каста. Сочинение Палладия вошло уже в первую версию «Романа об Александре», но оно бытовало и самостоятельно, кочуя из одной хроники в другую, и весьма рано — в составе «Хронографа Георгия Мниха» — оказалось на Руси, открыв для читателей домонгольской поры иллюзорный мир идеального существования.

Ранняя версия «Романа об Александре», отличавшаяся изрядной скупостью на чудеса, позднее была переработала в Византии, примерно в V—VI веках. Новое повествование (версия бета) пополнилось разнообразными подробностями, на пути Александра выросли леса и появились огромные животные, зато эпизоды эпические подверглись сокращению.

Тем временем судьба «Романа об Александре» решалась на Востоке. Не позднее VI века роман появился в переводе на сирийский язык. Образ Александра Двурогого (это прозвание Александр получил на Востоке, исторической предпосылкой, скорее всего, стало предание о том, как Александр восседал на пиру, увенчанный маской египетского бога Амона с двумя рогами), который с помощью Аллаха оградил мир от Йаджуджей и Маджуджей (племена Гога и Магога), захватил воображение Мухаммада. В среде, в которой сложился Коран, были известны сирийские версии «Романа об Александре». Так началось второе завоевание Александром Востока. Он покорил не только арабов (говорят об особой, «коранической» версии романа), сирийский источник был переведен на эфиопский язык. В Персии, основываясь также на сирийском «Романе об Александре», Фирдоуси украсил свой эпос «Шахнаме» биографией Искандера. Низами и Навои описали завоевательные походы Александра в своих поэмах. «Роман об Александре» был известен монголам уже в эпоху наследников Чингисхана, сохранился - пусть и в весьма неважном состоянии - монгольский манускрипт XVII века, в котором рассказывается о деяниях Двурогого. Причем в монгольской версии покровительствует царю бог Тенгри. Более того, версия «Романа об Александре» была записана в...  Малайзии. Интерес ко всему, что связано с Александром, не ослабевал. По образу и подобию романа о жизни македонского царя создавались легендарные биографии основоположника державы тюрков Огуза и предводителя монголов Чингиса.

История бытования «Романа оо Александре» в Византия VI веком не закончилась, были созданы еще две версии (условно обозначаемые как эпсилон и гамма). Многие сюжеты стали повторяться в романе дважды, повествование не столько пополнялось новыми подробностями, сколько включало в себя варианты уже известных сюжетов. Главным дополнением версии гамма стало дублирующееся (все события описаны дважды - от первого и третьего лица) описание похода из Персии в Индию. Кроме того, роман пополнился известиями о фессалоникской и скифской кампаниях, походе к Иерусалиму, переправе через песчаную реку, достижении мест, где воздвигли свои статуи предыдущие покорители мира: египетской фараон Сесонхос (о нем рассказывает Геродот), царь Ираклий (фигура, объединяющая Геракла и императора Ираклия) и царица Семирамида. Благодаря переводам версия бета («Александрия Хронографическая») и восходящая к версии гамма «Сербская Александрия» были хорошо известны в мире книжников Древней Руси, а также других православных стран: Грузии, Сербии и Румынии.

Однако и Западная Европа не позабыла об Александре. Сделанный в III веке перевод Юлия Валерия читали и переписывали, свидетельство тому — рассуждения о судьбе Александра Македонского в трудах епископа Фульгенция. В средневековой Европе сохранился наиболее полный текст «Послания Александра Аристотелю о чудесах Индии», который был в X веке переведен на древнеанглийский. Более того, монах, делавший список с перевода, изумился описанным чудищам и решил добавить к рассказу Александра известия о местных чудовищах и героях — так до нашего времени чудом (!) дошел эпос о Беовульфе.

В 700 году некий монах Петр перевел с греческого на латынь «Откровение Мефодия Патарского» — и Европа узнала подробную историю о возведении Каспийских врат, за которыми Александр заключил нечестивые народы Гога и Магога. История посещения Александром Иерусалима была известна на Западе благодаря латинским переложениям «Иудейских древностей» Иосифа Флавия. Переложение на латынь труда Палладия о брахманах приписывали современнику Блаженного Августина святому Амвросию Медиоланскому (IV в.).

В первой части книги представлен самый ранний из имевшихся в средневековой Европе латинских сборников преданий о деяниях Александра Великого. Сохранена композиция рукописного кодекса, со всеми огрехами, перестановками и неувязками, которыми наполнил произведения анонимный переписчик. Созданная около 1000 года на юге Италии Бамбергская рукопись (бамбергским сборник называется потому, что хранится в Бамбергской государственной библиотеке) представляет «Историю сражений Александра Великого» в переводе с греческого, выполненном в IX веке архипресвитером Львом Неаполитанским. Оригинал, с которого делался перевод, не сохранился, но о его существовании и составе мы хорошо осведомлены благодаря совпадению текста бамбергской «Истории» и книги о деяниях Александра Македонского, написанной по-сирийски. Вольно или невольно, архипресвитер Лев выбрал версию предания, наиболее изобиловавшую фантастическими деталями и сюжетами. Более того, версию, оказавшую ни с чем не сравнимое влияние на восточную литературу.

Средневековье немало обязано Александру и его вымышленному жизнеописанию: история завоевательного похода македонского царя послужила фабулой для самого первого рыцарского романа в стихах — начиная с 30-х годов XII века подобные сочинения, посвященные Александру Великому, появлялись словно грибы после дождя, причем каждая из частей получала сразу несколько продолжений. Наряду с «Романом о Трое», в основу которого легли прозаические истории Троянской войны, якобы созданные ее участниками Даресом Фригийским и Диктисом Критским, романы об Александре стали образцами, которым подражали поэты, воспевавшие короля Артура и рыцарей Круглого стола.

Появившийся в X веке перевод архипресвитера Льва, естественно, с точки зрения средневекового читателя, нуждался в дополнении. С X по XIII век появились три рецензии «Истории сражений Александра Великого» (именно такое название получил роман), которые условно обозначаются J1, J2 и J3. Средневековым редакторам, сидевшим в скрипториях монастырей, было необходимо хронологически упорядочить повествование. Поэтому малые произведения, рассказывающие об Александре, включались в текст латинского перевода. В рецензии J1 роман пополнился перепиской с брахманами, «Посланием Александра Аристотелю о чудесах Индии», почерпнутой у Иосифа Флавия историей посещения Александром Иерусалима. Энциклопедии — будь то труды Солина, Исидора Севильского или «книга о зверях и чудовищах» — сохранили немало подробных и местами замысловатых описаний чудищ, которых Александр повстречал на своем пути. Естественно, весь этот материал было необходимо включить в состав романа. Появление в XII веке рецензии J2 связано в первую очередь с желанием читателей и редакторов привести «Роман об Александре» в соответствие с историческими фактами, изложенными в третьей из «Семи книг истории против язычников» Павла Орозия. Для этого «Историю сражений» пришлось безжалостно кроить, переставляя местами фрагменты и эпизоды. Третья из средневековых рецензий (J3) появилась в первой половине XIII века и стала переработкой рецензии J1. На этот раз историю сражений пополнили рассказ о покорении городов Тира и Сидона, описание трона персидских царей, история истребления василиска и предание о возведении Каспийских врат и заключении за ними народов Гога и Marora.

В XIII веке репертуар европейских преданий об Александре пополнился несколькими сюжетами. Мы уже упоминали о ядовитой девице и предании о Гоге и Магоге, однако нельзя обойти вниманием такие истории, как посещение Александром Алмазной долины, Страны Мрака, где на земле лежат драгоценные камни, а также сказание о Медном городе. Все эти легенды были хорошо известны на Востоке, и мы узнаем в них эпизоды путешествий Синдбада-морехода и других сказок «Тысячи и одной ночи». В Европу предания попадают благодаря переводу с арабского «Книги о камнях», приписывавшейся Аристотелю. Кроме того, из «Жизнеописаний выдающихся мудрецов древности» европейский читатель узнал о многочисленных высказываниях Александра Великого, которые не сохранились в произведениях античных авторов и Отцов Церкви. «Жизнеописания выдающихся мудрецов...» восходили к наиболее ранней версии романа и сохранили некоторые из эпизодов, не вошедших в прототип «Истории сражений».4

***

Греческий роман Псевдокаллисфена два раза был переведен на латинский язык и каждый перевод выдержал по нескольку переработок. Первый перевод, древнейший, известен под именем перевода Юлия Валерия. О личности Юлия Валерия, мы не имеем никаких сведений. Landgraf отечеством его считает Африку, основываясь на его языке. Известно, что перевод сделан до 340 г., так как составитель такъ-называемаго Itinerarium Alexandri уже пользовался Юлием Валерием, а Itinerarium Alexandri составлен между 340 и 345 г. Перевод сохранился в трех рукописях, в них автором труда, переведеннаго Юлием Валерием, называется Эзоп. Перевод Юлия Валерия был сделан с первоначальной редакции Псевдокаллисфена, но сделан не буквально, а в свободной передаче.

Перевод Юлия Валерия подвергся переработке, состоящей в сокращении. Эта переделка известна под именем Iulii Valerii Epitome, издана Цахером. На основании древнейших рукописей, относящихся к IX веку, самое появление Epitome относят также к IX веку; вернее сказать, кто в IX веке уже существовало Epitome, а когда оно возникло — в точности неизвестно.

Кроме перевода Псевдокаллисфена Юлием Валерием и его сокращения, в латинской литературе существовала еще другая обработка Псевдокаллисфена, которая имела большое значение для средневековой литературы, так как большинство средневековых обработок Псевдокаллисфена исходят из этой латинской обработки. Перевод этот носит обыкновенно сокращенное название Historia de preliis из более полнаго — Historia Alexandri Magni regis Macedoniae de preliis. Название это не есть первоначальное, а находится только в страсбургском и утрехтском печатных изданиях. Historia de preliis дошла до нас в двух редакциях: первая редакция издана Ландграфом по Бамбергской и древнейшей Мюнхенской рукописи, вторую редакцию издал Цингерле но Грацской (Gratz) рукописи. Отличие одной редакции Historia de preliis от другой состоит прежде всего в том, что в первой, древней, сохранился пролог, который отсутствует в новой редакции, или заменен другим. Этот пролог важен тем, что мы в нем узнаем историю появления латинской переделки. Пролог распадается на две части: в первой указывается важность и польза чтения описания военных подвигов неверных, живших до рождества Христова. Во второй части пролога передается история переделки Псевдокаллисфена. Во время императоров Константина и Романа правители Кампании Иоанн и Марин послали послом к названным императорам в Константинополь архипресвитера Леона. Леон в Костантинополе занялся между прочим приобретением книг и в числе их нашел историю, содержащую certamina et victorias Alexandri regis Macedoniae. Он тотчас тщательно ее списал и привез с собой в Неаполь. Иоанн, правитель Неаполя, отличался любовию к собиранию библиотеки и одне книги поновлял, другия приобретал. Однажды вспомнив, что архипресвитер Леон имеет у себя названную книгу, он велел ему перевести ее с греческаго на латинский, что и было сделано. Это было, следовательно, во второй половине X столетия. Архипресвитер Леон не только переводил, но и приспособлял к вкусу читателей свой перевод. Такое приспособление не единственное. Все средневековыя обработки Александрии отличаются большим или меньшим приспособлением; напр. оне не допускают, чтобы Александр был сыном Нектанеба, так как это оскорбляло рыцарский вкус читателей.

В конце XII в. была написана на латинском языке поэма об Александре неким Gualtherus`ом de Castelione, который иначе называется Gualtherus ab insulis. Он написал свою поэму в промежуток 1170—1175, а опубликовал в 1180 г. В основание своей поэмы он положил Курция, так что некоторые считали его труд только поэтическим переложением Квинта Курция. Кроме Курция он пользовался Юстином и, может быть, Historia de preliis, но знакомство с последней только предположительно, а о знакомстве, Гвальтера с Юлием Валерием или Epitome изследователи ничего не говорят. Кроме упомянутых авторов, Гвальтер в поэме обнаруживает хорошее знакомство; с римскими классиками — Виргилием, Овидием, Луканом, Клавдием, Горацием и Ювеналом, которыми он пользовался; так на Левиафана он перенес многие черты Цербера из Виргилия. Гвальтер хотел написать труд, который бы сравнялся с произведениями древних писателей, или даже превзошел бы их. Основная мысль дана была Гвальтеру Луканом, в его Pharsalia, где он об Александре говорит: «и предел единственный этот / Здесь лишь природа могла царю-безумцу поставить». Эта мысль проходит чрез поэму Гвальтера. Судьбой было определено, сделаться Александру повелителем всего мира; но этого ему недостаточно — он стремится к сверхъестественному, и в этом находить свою гибель. В эпическом тоне описывает Гвальтер подвиги Александра, начиная с его детства до покорения. Индии. Всѳ большаго и большаго жаждет этот удивительный герой, но его жажда к подвигам никак не может удовлетвориться. Тогда Natura взывает к Стиксу и зовет на помощь Левиафана, отца и мстителя преступлений; Левиафан высылает из своего царства измену (Proditio) — и Александр погибает. Поэма Гвальтера представляет смесь христианских и языческих представлений: греческая и римская миѳология входит в значительной степени, но боги и богини являются, как аллегории, над всеми ими господствует сильная рука Иеговы, возглашающаго: «Нет Бога кроме меня». Поэма Гвальтера Кастилъоне послужила в XIV веке одним из источников немецкой обработки романа об Александре Ульрихом Ешенбахом.5

  • 1. Низами. Искендер-намэ. Перевод К. Липскерова. М., 1953, стр. 457. О восточных Александриях см.: Е. Э. Бертельс. Роман об Александре и его главные версии на Востоке. М.—Л., 1948.
  • 2. Александрия: Роман об Александре Македонском по русской рукописи XV века. М; Л.: Наука, 1965
  • 3. Троянские сказания. Л.: «Наука», 1972
  • 4. Повесть о рождении и победах Александра Великого. СПб.: Азбука-классика, 2006, выдержки из вступ. статьи Н. Горелова
  • 5. выдержки из: Истрин В. М. Александрия русских хронографов: Исследование и текст. М., 1893

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека

Древнегреческий историк и мифограф Диодор Сицилийский (годы жизни: около 90 — 30 гг. до н. э.) посвятил 30 лет созданию своих исторических сборников (Bibliotheca Historia). «Историческая библиотека» Диодора состояла из 40 книг, разделенных на 3 части:

Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Александр

Текст приводится по изданию: Плутарх. Сравнительные жизнеописания в двух томах, М.: издательство «Наука», 1994. Издание второе, исправленное и дополненное. Т. II.
Перевод М. Н. Ботвинника и И. А. Перельмутера, обработка перевода для настоящего переиздания — С. С. Аверинцева, переработка комментария — М. Л. Гаспарова.

 

Квинт Курций Руф. История Александра Македонского

Перевод, впервые опубликованный в 1963 г., был выполнен на кафедре древних языков исторического факультета Московского университета: III книгу перевели К. А. Морозова и И. А. Миронова, IV — V, IX — Х книги — В. С. Соколов и А. Ч. Козаржевский, VI книгу — И. А. Миронова, VII книгу — Д. А. Дрбоглав, VIII книгу — А. Ч. Козаржевский. Сверку перевода провела О. В. Смыка.
Комментарий принадлежит А. В. Стрелкову (книги III — IV, 11), С. В. Новикову (IV, 12 — VIII, 4), А. А. Вигасину (VIII, 5 — X).

Навои. «Стена Искандера»

Вершина творчества Навои — знаменитая «Пятерица», включающая в себя пять эпических поэм: дидактическую «Смятение праведных» (1483) и сюжетные героические (дастаны) «Лейли и Меджнун» (1484), «Фархад и Ширин» (1484), «Семь планет» (1484), «Стена Искандера» (1485). «Пятерица» представляет собой «ответ» (назира) на «Пятерицы» Низами Гянджеви и индо-персидского поэта Амира Хосрова Дехлеви (писал на фарси). Навои воспроизводит сюжеты их сочинений, некоторые формальные особенности, однако зачастую даёт иное толкование тематики и сюжетных ситуаций, новую трактовку событий и образов.

Низами. Искандер-наме

Поэма состоит из двух формально независимых частей, написанных рифмованными куплетами (в общей сложности их около 10 500): «Шараф-наме» («Книга славы») и «Икбал-наме» или иначе «Кераб-наме» («Книга судьбы»). «Шараф-наме» описывает (на основе восточных легенд) жизнь и подвиги Искандера. «Икбал-наме» композиционно делится на два больших раздела, которые можно озаглавить как «Искандер-мудрец» и «Искандер-пророк». В первой части поэмы Искандер завоёвывает мир, во второй — осознаёт тщетность мира.

Перевод с фарси Константина Липскерова

Письма Александра Великого

Письма изданы на французском языке в 1836 г. в Королевской типографии в Париже как выдержки из Псевдо-Каллисфена.
В качествен источников указаны греческие рукописи Королевской библиотеки:
D'après les manuscrits grecs de la Bibliothèque du Roi, n° 1685 de l'ancien fonds et 113 du supplément.

Арриан. Поход Александра

Центральное место в творчестве Арриана занимает, несомненно, его "Поход Александра". Это замечательное произведение - лучшее изложение деятельности Александра, которое написано в древности. Уже с чисто внешней стороны мы можем установить, что Арриан пишет под влиянием Ксенофонта. Так же, как Ксенофонт в своем "Походе 10000" рассказывает о походе Кира Младшего1, Арриан шаг за шагом освещает поход Александра.

Псевдокаллисфен. «История Александра Великого»

Исходным пунктом западных и восточных сказаний об Александре Македонском является греческий роман так называемаго Псевдокаллисфена. История знает одного Каллисфена, который не может быть автором разсматриваемаго романа. Настоящий Каллисфен был племянником Аристотеля, который его и воспитал. Когда Аристотель был вызван Филиппом к Александру, он взял с собой и Каллисфена, который сделался товарищем Александра. По окончании воспитания, Аристотель возвратился в Аѳины, а Каллисфен остался у Александра и впоследствии сопровождал его в поход в Азию.

Александрия Сербская

Александрия Сербская (в русских списках: «Книга, глаголемая Александрия», «Сказание и житие известно великого царя Александра» и др.) — одна из поздних версий греческого романа об Александре Македонском Псевдо-Каллисфена. Возникшая, по всей вероятности, на греческом языке, как и все главные версии этого романа, А. С. не позднее XIV в. была переведена южными славянами. В России появилась в XV в.

Александрия Хронографическая

Александрия Хронографическая — переведенный с греческого не позднее середины XIII в. роман об Александре Македонском. А. встречается лишь в составе хронографических сводов, почему и именуется «хронографической» в отличие от Александрии Сербской, известной в отдельных списках.

Вальтер Шатильонский. Александреида

Александр Македонский давно, еще со времен поздней античности, стал поэтическим героем на равных правах с мифологическими фигурами. Отношение к нему в христианской литературе двоилось. С одной стороны, образ завоевателя всего мира, погибающего в 33 года, был удобным предметом для размышлений о суетности всего земного и для назиданий о наказуемости тщеславия и гордыни. С другой стороны, поэтическое обаяние образа юного героя-победителя было слишком сильно.