Петроний. Сатирикон. Перевод А. Гаврилова

Перевод А. Гаврилова (проза) и Б. Ярхо (стихи).
Фрагменты — Перевод М. Гаспарова.

...знаменитый «Сатирикон» Петрония, который также имеет форму «менипповой сатиры». Это, однако, одно из самых своеобразных произведений в мировой литературе. Его автором в рукописях назван Петроний Арбитр (?—66 г. н. э.), обычно отождествляемый с Петронием, о котором сообщает в своих «Анналах» историк Тацит. Этот Петроний был принят в узкий круг приближенных императора Нерона, который ценил его как законодателя хорошего вкуса и арбитра изящества. Однако ненависть всесильного соперника Тигеллина и последовавшая за ней немилость императора вынудили Петрония добровольно вскрыть себе вены, не дожидаясь официального приговора.

До нас дошли фрагменты двух книг его «Сатирикона», по всей видимости, 15-й и 16-й. Это произведение обычно определяется как сатирический роман низменно-бытового содержания. Герои романа, люди, лишенные совести и наделенные изворотливостью, живут в грубом низменном мире мошенничества и порока, ненасытно наслаждаясь жизнью. Автор описывает, в частности, приключения молодого бездельника Энколпия и капризного женственного мальчика Гитона, его возлюбленного, представляющих собой пародию на влюбленную парочку, обязательную в эллинистическом любовном романе.

Рассказ ведется в первом лице, от имени Энколпия, которого преследует гнев Приапа, бога сладострастия (пародия на эпическую ситуацию). Вокруг названных героев кишит пестрая толпа самых разнообразных персонажей, создающих как бы живой фон романа. Действующие лица постоянно, причем в каком-то учащенном ритме, сменяют друг друга, но все фигуры настолько жизненны и неповторимы, что это не вызывает пресыщения и утомления. Стремительный ритм повествования иногда прерывается нарочитыми паузами. Примером может служить эпизод, известный под названием «Пир Трималхиона». Центральная фигура этого эпизода — богатый глупый вольноотпущенник Трималхион, человек неотесанный, невежественный и болтливый, но вместе с тем щедрый и добродушный. В романе есть и другие эпизоды, выполняющие в повествовании аналогичную функцию — на время прерывать стремительный ритм изложения: это вставные рассказы, как, например, новелла об эфесской матроне (111—112). Этой же цели в какой-то степени служат и стихотворные вставки.

Мир, созданный воображением Петрония, подчас невероятен и даже анекдотичен, однако в персонажах романа нет ничего искусственного или схематичного. Фигуры и события, которые показались бы абсурдными в каком-либо другом контексте, в «Сатириконе» — вполне на своем месте и предельно правдоподобны, как и сами места, в которых оказываются герои романа. Персонажи Петрония воплощают в себе те или иные черты человеческой природы, при этом они никогда не повторяют друг друга.

«Сатирикон» отличается замысловатой причудливой композицией, чему способствуют множество действующих лиц и лихорадочный темп, в котором одна сцена сменяет другую. Разумеется, Петроний писал не для среднего читателя. И в жизни и в творчестве он, видимо, был в высшей степени утонченным человеком. Для Петрония характерно чувство превосходства над своими персонажами, к которым иногда он бывает снисходителен. Петроний всегда ироничен и насмешлив. Его острая наблюдательность проявляется, в частности, в описании пикантных и непристойных сцен.

Одним из средств характеристики героев «Сатирикона» служит их язык. Тонкость и острота суждений Евмолпа, болезненная восприимчивость Энколпия, претенциозность, грубость и вульгарность других персонажей романа подчеркивается их тщательно индивидуализированной манерой изъясняться. Живая разговорная латынь I в. н. э. воспроизведена в «Сатириконе» с замечательным искусством.

(В. Дуров. «Муза, идущая по земле»)

 

(На сенсорных экранах страницы можно листать)