Жан де Лафонтен. Сон монгола

По изд.: Европейская поэзия XVII века. – М.: Худож. лит., 1977
Перевод В. Левина

Один Монгол видал необъяснимый сон:
Пред ним сидел Визирь, в Элизий вознесен,
Где вечно жизнь души в блаженствах чистых длится;
Назавтра сон другой смутил покой сновидца:
Всходил Пустынник на костер.
Кто сам в беде, и тот слезу тайком бы стер.
Такие две судьбы - сюжет необычайный.
Случись так наяву, Миносу1 был бы срам.
Проснувшийся Монгол, дивясь подобным снам,
Решил, что пахнет здесь какой-то жуткой тайной.
Он рассказал об этом в чайной.
И некий муж ему: «Ты страхи все забудь.
Когда в таких делах я смыслю что-нибудь -
А кое-что я видел в мире, -
Здесь умысел богов. Визирь твой много лет
В уединенье жил, покинув шумный свет,
А вот Пустынник твой обслуживал визирей».
Посмей я что-нибудь прибавить к тем словам,
Любовь бы я внушал к уединенью вам.
Его любителей буквально с каждым шагом
Питают Небеса чистейшим новым благом.
И я для скрытых нег весь душный свет отдам
За милые места, где знал души отраду,
За одиночество, за свежесть и прохладу.
Кто уведет меня в леса, в поля, туда,
Откуда далеки дворцы и города,
Где правят девять муз, достойных приобщая
К Познанью светлых тел, чья сила неземная,
На небесах удел блуждающий избрав,
Нам предрешает все: дела, судьбу и нрав.
И если не рожден я для великой цели,
Пускай бы хоть ручьи свои мне песни пели,
Чтоб мог их берегам я стих мой посвятить.
Хоть Парка не вплетет в мой век златую нить
И я не буду спать в разубранном чертоге,
Но разве проигрыш я получу в итоге?
Там ближе к Истине, а меньше ль там услад?
Дабы в пустыне жить, я многим жертвам рад.
И, к мертвым нисходя, кончая с жизнью счеты,
Умру без горьких дум, как жил я без заботы.

  • 1. Минос — критский царь; мудрый и справедливый правитель, он после смерти стал судьей над душами умерших.