Вы здесь

212. О покойнике, которого живым понесли к могиле, который заговорил и всех рассмешил

Был во Флоренции дурачок, по имени Ниньякка, совсем не такой глупый и довольно приятный. Несколько веселых молодых людей, чтобы позабавиться, решили убедить его, что он тяжело болен. Они сговорились между собою, и когда Ниньякка утром вышел из дому, он встретил одного из них, который спросил, не болен ли он чем, потому что он бледен и не похож на себя. Ниньякка отвечал, что он чувствует себя хорошо, но немного дальше встретил другого, который задал ему, как было условлено, вопрос, нет ли у него лихорадки, потому что он кажется похудевшим и у него нездоровый вид. Ниньякка, поверив этому, сам стал думать, что он не совсем здоров, и дальше пошел медленнее и с опаской.

Тут встретил его третий и, тоже по уговору, воскликнул, глядя на него: «По лицу твоему видно, что у тебя сильная лихорадка и что ты серьезно болен». Ниньякка испугался еще больше, ноги у него отнялись, и он остановился в задумчивости, стараясь понять, не лихорадит ли его в самом деле. В это время подошел четвертый. Этот стал говорить Ниньякке, что он тяжко болен, удивлялся, что он не лежит в постели, уговорил его сейчас же идти домой и предложил проводить его до дому и ухаживать за ним по-братски. Ниньякка побрел домой, как человек, пораженный тяжким недугом, и лег в постель с таким видом, словно готов был испустить дух. Остальные заговорщики сейчас же пришли к нему, говоря, что он сделал очень хорошо, что лег в постель. А немного спустя явился еще один, который сказался врачом, и, пощупав пульс, объявил, что больному осталось немного жить. Окружив постель, шутники стали говорить между собою: «Глядите, он умирает. Уже холодеют ноги, язык отказывается служить, мутнеют глаза». А потом: «Кончился. Закроем ему глаза, сложим руки и снесем на кладбище». И еще: «О, какая ужасная потеря для нас его смерть! Хороший был человек и нам был друг». И принялись утешать друг друга. Ниньякка не говорил ни слова, как подобает покойнику, и сам был уверен, что он умер. Молодые люди положили его в похоронные носилки и понесли по городу. Когда их спрашивали, в чем дело, они отвечали, что умер Ниньякка и что они несут его хоронить. По дороге много народу присоединилось для забавы к шествию. Шел говор, что Ниньякка скончался и что его несут на кладбище. Вдруг один трактирщик воскликнул: «Он был подлый скот и вор первейший, который заслуживал веревки». Дурачок, услышав эти слова, поднял голову и молвил: «Если бы я был жив, а не мертв, как сейчас, я сказал бы тебе, висельник, что ты врешь!» Те, кто нес Ниньякку, бросили носилки, в которых он лежал, среди всеобщего громкого хохота.