Пан Твардовский

Пан Твардовский — знаменитый герой польского фольклора. Согласно легенде, этот шляхтич XVI века, которого обычно изображают в виде образцового сармата с усами, кафтаном и саблей на бедре, заключил сделку с дьяволом: отдал ему свою душу в обмен на тайные знания и магическую силу. Хитрец Твардовский добавил в договор один маленький, но чрезвычайно важный пункт: дьявол мог заполучить его душу только в Риме, куда поляк совершенно не собирался.

Таким образом он получил свое и не планировал платить по счетам. Однако в конце концов дьяволу надоело ждать, и он хитростью заманил Твардовского в Рим — правда, не в столицу Италии, а всего лишь… в трактир, названный в честь Вечного города. Тем не менее условия договора были соблюдены, и силы зла подхватили шляхтича и понесли в преисподнюю. От страха Твардовский начал читать молитвы, черт этого не стерпел и бросил его где-то между Землей и Луной, где поляк по легенде пребывает до сих пор.

Твардовского часто называют «польским Фаустом» из-за сходства польской и немецкой легенд. Помимо связей с дьяволом и склонности к научным изысканиям, героев роднит еще кое-что: у обоих имеется реальный исторический прототип. Правда, и в том, и в другом случае достоверных сведений крайне мало:

Самый старый — из доступных нам — исторический источник, в котором упоминается Твардовский, обнаружила историк Бронислава Новицкая в архиве диоцеза в Плоцке. Он повествует о расследовании, проведенном старейшинами города Вышогруд против главы школы, который среди прочего «занимался магией в доме Твардовского в Варшаве».1

Плоцкий источник датируется 1495 годом и считается единственным достоверным доказательством, связывающим имя Твардовского с магией, которая в то время считалась отдельной областью знания. Любопытно написание фамилии героя как ‘Fwardosky’ (орфографические ошибки в фамилиях были довольно частым явлением в эпоху Возрождения).

Отсутствие достоверной информации об историческом прототипе Твардовского создает богатую почву для различных предположений. К примеру, согласно одной такой гипотезе, прославленный чародей был вообще-то немцем по имени Лоренц Дур, который изучал медицину в Виттенберге, а затем перебрался в Польшу, где получил известность как пан Твардовский [durus в переводе с латыни означает ‘твердый', a фамилия Twardowski восходит к twardy ‘твердый’].2 

В любом случае, чародей Твардовский стал одним из самых узнаваемых персонажей польского фольклора и польской культуры вообще.

В книге 1566 года «Dworzanin Polski» («Польский придворный») королевского библиотекаря и писателя Лукаша Гурницкого персонажи рассказывают друг другу забавные случаи, и один из них как раз повествует о краковском учителе по фамилии Твардовский. Его студент якобы с помощью магии заставил торговку горшками разбить свой товар вдребезги. Твардовский был уверен, что все дело в колдовстве, но король (учитель входил в число королевских придворных) счел, что студент и торговка все подстроили нарочно. В этой самой первой литературной версии легенды о Твардовском можно обнаружить классические элементы, которые не раз будут повторяться в будущем: магия (конечно же), король и торговка горшками. 

В следующем столетии королевский врач Иоахим Поссел добавил еще один элемент сюжета, который с тех пор неизменно присутствовал в произведениях о Твардовском. В своей хронике 1624 года «Historia Poloniae» Поссел указал, что примерно в 1550 году король Сигизмунд Август II попросил Твардовского вызвать дух своей любимой жены Барбары Радзивилл в Вавельском королевском замке в Кракове. Доподлинно неизвестно, действительно ли имел место подобный спиритический сеанс, но все же легенда о Твардовском обогатилась мотивом вызывания духа усопшей королевы по просьбе скорбящего короля.

Настоящее возрождение этой поистине ренессансной легенды (…) случилось в XIX веке. Если в эпоху Возрождения мы отчетливо видим ее кристаллизацию, то в эпоху романтизма — когда Польши исчезла с политической карты Европы, а «знакомый» персонаж польских сказок помогал полякам сохранить национальный дух — она расцвела и обрела свой нынешний облик.3

Юмористическая баллада «Пани Твардовская» Адама Мицкевича, опубликованная в 1822 году, — пожалуй, самое известное произведение, написанное по мотивам легенды. Сюжет ограничивается финальной сценой, появлением чародея в корчме «Рим», а концовка довольна необычная. Твардовский находит в тексте договора пункт, согласно которому дьявол, прежде чем требовать причитающееся, должен провести целый год с его женой. В итоге в страхе перед пани Твардовской дьявол разрешает хитрому поляку расторгнуть контракт. Вот популярные первые строки баллады:

Пьют, курят, едят, веселятся:
Не пир — разливанное море!
Чуть стены корчмы не валятся…
«Ай жги да гуляй, моё горе!»

Еще одно важное литературное произведение о Твардовском — это роман «Магистр Твардовский» («Mistrz Twardowski») известного писателя Юзефа Игнация Крашевского. В роман, опубликованный в 1840 году и основанный на фольклоре, вошли, как указывает сам автор в прологе, «все остатки легенд о Твардовском». В романе Крашевского отец чародея (случайно) продает душу сына дьяволу. Дьвол помогает отцу спастись от разбойников и хитростью заставляет его подписать договор. Позже Твардовский-младший попадает в преисподнюю и, будучи чист душой, расторгает контракт. Однако уже став ученым в Кракове, он… подписывает еще один контракт: отдает дьяволу свою душу в обмен на мудрость и магическую силу. Кроме всего прочего он вызывает дух королевы по просьбе короля, присутствует на шабаше ведьм на Лысой горе и путешествует в Быдгощ верхом на петухе вместе со своим помощником Мачеком, где возвращает молодость городскому голове.

В начале ХХ века выдающийся поэт Леопольд Стафф опубликовал поэму «Мастер Твардовский» («Mistrz Twardowski», 1902 г.). В межвоенный период вышло «Предание о пане Твардовском» («Baśń o Panu Twardowskim») писателя Артура Оппмана. Произведение, опубликованное в 1926 году, заканчивается тем, что Твардовский попадает на Луну, а не застревает в космосе между Луной и Землей. Такой финал стал одним из классических сюжетов легенды, а также поводом называть Твардовского первым поляком на Луне. 

Из послевоенных переложений легенды о Твардовском следует упомянуть исторический роман «Пан Твардовский, или Любопытная встреча с Доппельгангером на ежегодной ярмарке в Штеенбрюгге» («Pan Twardowski oder Die merkwürdige Begegnung mit dem Doppelganger wahrend des Jahrmarkts zu Steenbrügge») Маттиаса Вернера Крузе. Роман был впервые издан в ГДР в 1981 году, а вскоре после этого в ФРГ, и приобрел популярность в обеих странах.4

* * *

Сказания о чернокнижнике пане Твардовском начали складываться в Польше во второй половине XVI в., развивались и обрастали новыми подробностями на протяжении нескольких веков, вбирая в себя различные темы и мотивы произведений польского фольклора, а также легенд средневековых литератур Европы. Возникшие таким образом сказания о пане Твардовском находятся в ряду мировых легенд о таких чернокнижниках как староперсидский Зохак, византийский Феофил, кельтский Мерлин, испанский Киприан, итальянский Карул, чешский Жито, немецкий Фауст. Начиная с первой четверти XIX в., они стали привлекать к себе внимание ученых фольклористов, этнографов, историков литературы и общественной мысли и т. п. Одни из них объявили Твардовского фантастической копией немецкого Фауста, одетого в польский кунтуш и с саблей на боку, – биография Фауста по-польски вышла в свет уже в 1587 г. – другие стали искать прототип Твардовского в польских средневековых преданиях (Skarbnik, Piotr Dunin, Madejowa toza, Belfagor) и даже в сочинениях римского поэта Виргилия. Первый сводный текст сказаний о Твардовском опубликован лишь в 1837 г. в труде известного польского фольклориста и историка литературы Казимежа Владислава Вуйчицкого.

История пана Твардовского началась в Кракове, где по преданию и сам Иоганн Фауст учился черной и белой магии в университете. В начале XVI в. в Краковском университете преподавалась даже нигромантия, т. е. наука о вызывании духов.

В сводном тексте Вуйчицкого рассказывается о том, что в Кракове жил добрый шляхтич, правдивый и чистый кармазин, «служивший мечу и кадилу» и лечивший простой народ. В свободное от врачебных занятий время Твардовский изучал чернокнижие, мечтая найти лекарство, которое заставило бы отступить смерть. Он очень хотел также приобрести обширные знания. Узнав из старой книги как вызвать дьявола, Твардовский однажды в полночь добился встречи с ним на горе Кшеменке и заключил с дьяволом договор, подписав его своей кровью. Согласно этому договору нечистый должен был выполнять любые желания шляхтича, но если тот попадет в Рим, то дьявол имеет право завладеть его душой. Твардовский отдает дьяволу различные приказания: свезти серебро изо всей Польши в рудник Олькуш и засыпать его песком, перевернуть Песчаную скалу и поставить ее тонким концом вниз и т. д. Твердовский получал все, что хотел: ездил на нарисованных конях, летал по воздуху без крыльев, скакал на петухе быстрее, чем на лошади, плавал со своей возлюбленной в лодке по Висле против течения без весел и паруса, зажигал от солнца на немецкой границе деревни на расстоянии в сто миль, вернул себе молодость с помощью чар и т. д. Женился Твардовский на молодой пани, разгадав ее загадку, а потом прогнал ее от себя. Пани Твардовская построила себе из глины домик на краковском рынке и торговала горшками и мисками. Твардовский приоделся, завел экипаж, богатый двор с многочисленной челядью, не имел недостатка и в золоте. Проезжая мимо краковского рынка, шляхтич всякий раз приказывал своим слугам разбивать горшки, которыми торговала его бывшая жена. Та в гневе проклинала его, а пан хохотал, сидя в своей красивой коляске. Сатане надоело исполнять желания Твардовского: подкараулив его в темном лесу, он потребовал поездки в Рим, а после отказа вырвал с корнем сосну и так сильно ударил шляхтича, что сломал ему ногу (отсюда прозвище Твардовского – «колченогий»). И все же дьявол перехитрил Твардовского: приехав по вызову к больному доктор Твардовский зашел в корчму, которая именовалась «Рим». Как только он переступил порог, на крыше раздалось громкое карканье ворон, уханье филина, крики сов. Твардовского встретил богато одетый господин, из-под шляпы которого виднелись рога, из-под башмаков торчали когти, сзади же болтался хвост. Твардовский понял, что это черт и пришел час расплаты. Чтобы отсрочить развязку, он взял на руки ребенка из колыбели. Тогда дьявол обратился к нему по-латыни: «Quid cogitas, domine Twardowski? An nescis pacta nostra? Verbum nobile, debet ess stabile». Шляхтич обязан сдержать данное им слово. Твардовский подчинился. Дьявол схватил его когтями и вылетел с ним через трубу камина (по другой версии – проломав кирпичную стену) к небесам. Со страшной высоты Твардовский в последний раз увидел людей, свой Краков и родную землю. У него защемило сердце от боли. Внезапно на ум пришла мысль о спасении. Шляхтич начал тихим голосом напевать кантичку (годзинку) в честь богородицы, которую помнил с детства. И она была услышана на земле и на небесах: святая дева спасла Твардовского. Но освободив его душу от адского огня, небо все же не захотело принять ее: Твардовский был осужден до судного дня скитаться между небом и землей.

Записи преданий о Твардовском в XVI–XVIII вв. были немногочисленными. В 1565 г. Лукаш Гурницкий закончил в рукописи свою книгу «Дворянин польский», основанную на «Дворянине» Б. Кастильоне (1528). Здесь помещен небольшой рассказ об ученике Твардовского Шидловецком – «Чернокнижник и горшок».

Иохим Поссел, лекарь короля Сигизмунда III, в своем рукописном сочинении «Historia rerum polonicarum et pruthenicarum ab anno 1388 ad annum 1623» (1624) сообщал, что Твардовский жил при дворе польского короля Сигизмунда II Августа, правившего с 1548 по 1572 г. Известно, что вскоре после смерти королевы Барбары Радзивилувны (ум. 1551 г.), он якобы вызывал ее дух по просьбе короля. Твардовский,– рассказывает Поссел,– был принужден уехать из Кракова в Быдгош, где совершил немало чернокнижных дел. Историчность личности Твардовского подтверждал и его современник – краковский епископ Франтишек Красиньский: он встречался с ним в Виттенберге, где будущий чернокнижник слушал лекции видного немецкого ученого Ф. Меланхтона, изучал алхимию и астрологию. Встречались они и в Кракове, где Твардовский служил конюшим при дворе Сигизмунда II; предполагают, что умер Твардовский в 1578 г.

Кацпер Твардовский, известный писатель XVII в., в 1628 г. сочинил аллегорическую поэму под названием «Pochodnia milosci Bozej z pigciu strazal ognistych», в которой рассказывал о том, как Твардовский ходил в ад добывать у сатаны рукописание, данное дьяволу еще его отцом, Юзефом за то, что нечистый некогда избавил шляхтича от разбойников. В конце концов,– рассказывает К. Твардовский,– князь тьмы отдает рукописание юноше, но грозится в отместку погубить его душу.

В 1734 г. иезуит Адам Нарамовский сообщил, что ксендз Даниель Бутвил знал и рассказывал о книге черной магии, принадлежавшей Твардовскому и замурованной в стене Виленской библиотеки; об этом же якобы слышал около 1620 г. ксендз Шпот.

Тема Твардовского в XIX в. была подхвачена польской литературой. В эпоху романтизма польские поэты обращались в поисках вдохновения к двум основным источникам – к европейской литературе и к народной поэзии. Баллада Адама Мицкевича «Пани Твардовская» (1821) была написана в комично-бытовом духе, с использованием не только народных сказаний о Твардовском, но и сказок, вроде «Jak baba diabla wyonocyla» и баек, вроде «Belfagora» о женитьбе черта на ведьме. Отбросив традиционную назидательскую концовку предания, Мицкевич «спасает» Твардовского иначе: герой требует от черта, чтобы тот прожил год с пани Твардовской как с женой. Услыхав об атом, черт сам спасается от шляхтича бегством.

В 1825 г. Ян Непомуцен Каминский написал для львовского театра пьесу «Твардовский на Кшеменке», близкую по тексту народной легенде, но отличающуюся от нее широтой и драматизмом действия, а также большим числом персонажей.

Классик польской прозы Юзеф Игнацы Крашевский в 1839 г. создал пространную повесть о Твардовском («Твардовский. Повесть, взятая из польских народных преданий»), использовав все взятые из народных книг предания о нем. Были также попытки сценической и поэтической интерпретации этой повести у Антония Валевского (Злочув, 1894) и у Артура Оппмана (Варшава, 1905).

Юлиан Корсак в поэме «Чернокнижник Твардовский» (1840) представил шляхтича фантазером, соединившим в себе черты Манфреда и Фауста, но лишенным подлинной энергии и разума; дьявол здесь изображен в духе карикатуры – незадачливый философ, претендующий на роль глубокого мыслителя.

Густав Зелинский в небольшой поэме «Чернокнижник Твардовский» (1856) изобразил дьявола хитрым и измученным слугой, который пытается при первом удобном случае утащить шляхтича в пекло.

Видный историк, поэт и публицист Юзеф Шуйский опубликовал поэму «Пан Твардовский». Образы Твардовского и дьявола в ней весьма объемны и многогранны: первый – самоуверенный шляхтич, верящий только в свои идеалы и вызывающий дьявола на духовный поединок, второй – соединяет в себе черты четырех персонажей – польского домового, глубокомысленного арианского пресвитера, скептичного дворянина и магната. Упомянем еще мистерию польско-украинского поэта Александра Грозы «Твардовский» (1873), где дьявол – только бледная копия гетевского духа отрицания.

Поэты начала XX в. также обращались к образу Твардовского. Леопольд Стафф в 1902 г. написал длинную поэму в пяти песнях – «Мастер Твардовский», в которой отразились его символико-импрессионистические искания и философские размышления о смысле добра и зла. Сказания о Твардовском, собранные из народных книг, по крайней мере, дважды выходили в свет в США и Польше.

Украина и Россия не остались безучастными к интересным сказаниям о польском чернокнижнике. Следы их бытования обнаруживаются в фольклоре и литературе, начиная, по крайней мере, с последней четверти XVIII в. 

I. В украинском фольклоре

1. В 1827 г. историк и литературный критик М. Т. Каченовский писал на страницах журнала «Вестник Европы»: «Герой баллады (имеется в виду баллада П. П. Гулака-Артемовского «Твардовский».) и его союз с бесом известны не менее в Польше и за Днепром, как в Малороссии и Украине: рассказы об удальстве Твардовского, об его приключениях слушаются с неослабным любопытством, и простодушные поселяне в досужные часы весьма охотно возобновляют чувство страха в своем сердце воспоминаниями о судьбе Твардовского». В балладах Мицкевича и Гулака ничего не рассказывалось об удальстве и приключениях Твардовского, не было в них и страшного рассказа о его судьбе. Стало быть, М. К. Каченовский действительно имел здесь в виду польские сказания из народных книг, имевшие хождение в украинском народе.

2. Около 1827 г. профессор Виленского университета И. Н. Лобойко посылал М. А. Максимовичу рукописный сборник западно-украинских песен, среди которых под № 2 числилась песня, которая «Згадуе про бешкетника-чарівника, пана-кріпосника Твардовського». В своем издании М. А. Максимович не воспользовался, однако, присланной ему песней, и ее место заняла упомянутая выше баллада Гулака.

3. Польский историк В. А. Мацеевский в 1830-е годы слышал от одного из русских генералов о том, что на Полтавщине возле города Лубен есть корчма под названием «Рим», где бесы якобы растерзали Твардовского. Эта легенда не может восходить к балладам Мицкевича и Гулака, так как в них об этом ничего не говорилось.

4. В украинском фольклоре бытовала и в конце XIX в. была записана легенда о Твардовском-Повитовиче, который продал за деньги свою душу дьяволу и за это был осужден висеть между небом и землей. Она также не восходит к балладам Мицкевича и Гулака.

II. В русской и украинской литературах.

Традиция Левшина

1. Русский сказочник В. А. Левшин около 1780 г. сочинил «Повесть об Алиоше Поповиче, богатыре, служившем князю Владимиру». В ней он использовал окончание легенды о Твардовском, сильно его изменив. Он рассказывает о том, как Алеша, совершив многие свои подвиги, захотел «проехать сквозь великую Польшу, спрашивал он, прибыв во оную, о ближнем пути. Указывали ему кратчайшую дорогу, но уверяли, что оная с 30 лет учинилась непроходимою, и объявляли причину онаго, что в средине леса, простирающегося на сто верст, находится древнее капище, в коем погребен великой волшебник польский, который умерщвляет всех мимоходящих». Попович ночует в капище и сражается с мертвецом. Затем ради жениха дочери Твардовского он останавливается в замке Твардовского и отгоняет бесов от гроба чернокнижника. Этим Алеша избавляет покаявшегося чернокнижника от власти ада: теперь Твардовский может спокойно лечь в гроб и умереть. В благодарность за это чернокнижник вручает Алеше ключи от своих сокровищ, дарит перстень, благодаря которому можно сделаться невидимым, и предсказывает, что русский богатырь победит царь-девицу.

Среди польских сказаний о Твардовском не зафиксировано ни одного, где бы богатырь сражался с бесами у гроба чернокнижника.

2. Сын А. Н. Радищева Николай в 1801 г. опубликовал сказочно-богатырскую поэму «Альоша Попович». Содержание второй и третьей песен он заимствовал из одноименной повести Левшина. В дальнейшем поэмой Н. А. Радищева воспользовался А. С. Пушкин при создании «Руслана и Людмилы».

3. М. Н. Загоскин дважды обращался к сказке Левшина: в первый раз когда он писал либретто оперы А. Н. Верстовского «Пан Твардовский» (1828) и второй раз – в «страшном рассказе» того же названия (1834).

Традиция Мицкевича

1. Классик новой украинской литературы П. П. Гулак-Артемовский написал между 1825 и 1827 гг. балладу «Твардовский». Это было яркое поэтическое произведение в духе романтизма и в подражание Мицкевичу. Только в отличие от последнего, Гулак еще более приблизил свое произведение к народному творчеству и украинскому быту.

2. В дальнейшем, благодаря Гулаку, в украинской, белорусской и русской литературах распространились различные переработки, переводы и вольные переложения известной баллады Мицкевича. Белорусская, баллада «Пані Твардоуская» распространялась даже в народе в рукописях.

Традиция Крашевского

1. Первый перевод повести Крашевского «Твардовский» принадлежит С. П. Победоносцеву и увидел свет в 1847 г. в журнале «Репертуар и пантеон театров», издаваемом И. Песоцким под редакцией Ф. А. Кони. В дальнейшем этот перевод был переиздан в 1859 и 1884 гг. в собраниях сочинений И. И. Крашевского в приложении к журналу «Север» (1899–1902) и к журналу «Природа и люди» (1915).

2. Второразрядные русские беллетристы неоднократно пользовались текстом повести Крашевского для создания своих компиляций о Твардовском.

Традиция польских народных книг

1. Подлинные польские сказания о Твардовском по материалам польских народных книг первым пересказал на русском языке И. Боричевский, одним из его главных источников были «Klechdy» К. В. Вуйчицкого, которые вскоре были пересказаны С. П. Победоносцевым.

2. В дальнейшем к сказаниям о Твардовском обратился популярный лубочный литератор М. Е. Евстигнеев (ум. 1885 г.), чьи произведения расходились по России десятитысячными тиражами. «Жизнь и приключения пана Твардовского», сочиненные М. Е. Евстигнеевым на основе польских народных книг, а может быть, и с привлечением повести Крашевского, издавались в Москве лубочными издателями.5

  • 1. Яцек Антоний Ойжинский. Пан Твардовский: история и мистификация // «Przegląd Historyczny», 1987
  • 2. Эту, безусловно, интересную версию выдвинул Роман Бугай в своей книге 1976 года «Nauki Tajemne w Polsce w Dobie Odrodzenia» («Тайные науки в Польше эпохи Возрождения»).
  • 3. Марек Здроевский. Фокусник Твардовский («Sztukmistrz Twardowski») // «Akcent», 1983
  • 4. По материалам culture.pl (Marek Kępa. Пан Твардовский: первый поляк на Луне).
  • 5. Из статьи: Сказания о чернокнижнике Твардовском в Польше, на Украине и в России и новонайденная «История о пане Твердовском» // «Советское славяноведение», № 1. 1983

Легенда о пане Твардовском

Сказывают люди, что когда-то в стародавние времена в городе Кракове, неподалёку от городских ворот, жил знаменитый маг и чародей пан Твардовский. Был он рыцарем из знатного рода, но мечу и копью смолоду предпочёл волшебные книги. Долгие годы провёл он за чтением, постигая тайны колдовства, пока в одном из старинных томов не вычитал, как заклинаниями вызвать к себе чёрта.

И вот однажды в полнолуние поднялся он высоко в горы, там на перекрёстке четырёх дорог три раза назвал чёрта по имени, обернулся на четыре стороны света и стал ждать. Ровно в полночь явился к нему чёрт.

69. Твардовский

Твардовский был знатный шляхтич, и по отцу и по матери высокого рода. И хотел он стать умнее всех добрых людей, найти лекарство против смерти – потому что ему неохота было умирать.

Адам Мицкевич. Пани Твардовска

Pani Twardowska

Баллада Адама Мицкевича «Пани Твардовская» (1821) написана в комично-бытовом духе, с использованием не только народных сказаний о Твардовском, но и сказок, вроде «Jak baba diabla wyonocyla» и баек, вроде «Belfagora» о женитьбе черта на ведьме. Отбросив традиционную назидательскую концовку предания, Мицкевич «спасает» Твардовского иначе: герой требует от черта, чтобы тот прожил год с пани Твардовской как с женой. Услыхав об этом, черт сам спасается от шляхтича бегством.