Владимир Масс и Николай Эрдман. Басни

В начале 1930-х Николай Эрдман в соавторстве с поэтом и драматургом Владимиром Массом пишет опереточные либретто, эстрадные обозрения, стихотворные фельетоны, киносценарии (в т.ч. «Веселые ребята»). Тогда же ими (вопрос об авторстве остается дискуссионным) был написан цикл басен. После того, как В. И. Качалов прочитал некоторые из них на правительственном приеме, Эрдман и Масс были арестованы (11 октября 1933, прямо во время съёмок «Веселых ребят») и сосланы, Эрдман — в Енисейск, затем в Томск (освобожден в 1936 г.), Масс — в Тюмень, затем Тобольск, оба с последующим запретом проживания в Москве на несколько лет.

***

«Указанных литераторов следовало бы арестовать»

Политическая цензура, зародившаяся в недрах советской власти еще с первых послереволюционных лет, к началу 1930-х гг. заняла одно из центральных мест в системе сталинского государства. С особым рвением цензоры выступали против проявления всякого инакомыслия в литературе. Такая всесильная организация, как Объединенное Государственное Политическое управление (ОГПУ) при Совнаркоме СССР зорко следила за умонастроениями и литературным творчеством советских писателей. Красноречивый пример - административное и уголовное преследование группы советских писателей-сатириков: Н. Эрдмана, В. Масса и М. Вольпина.

Зам. председателя ОГПУ Г. Ягода в записке от 9 июля 1933 г. направил И. Сталину некоторые из неопубликованных сатирических басен названных авторов, квалифицированные как «контрреволюционного содержания». Эти басни были довольно широко известны в литературных кругах, и авторы лично читали их. Ягода полагал, что «указанных авторов следовало бы или арестовать, или выслать за пределы Москвы в разные пункты». Предложение получило достойный по тем временам отклик. 11 октября 1933 г. Н. Эрдман и В. Масс были арестованы; при обыске у них были обнаружены упомянутые басни.

По признанию арестованных на допросах, эти басни «заведомо не подлежат опубликованию в силу их контрреволюционного и антисоветского содержания». Предлагаем вниманию читателей некоторые образцы сатирического творчества отечественных литераторов. («Источник» (Документы русской истории). 1998. № 2)

 

  • Мы обновляем быт... (Непреложный закон)1
  • В одном термометре вдруг захотела ртуть... (Об очковтирательстве)2
  • Вороне где-то Бог послал кусочек сыра... (Ворона и сыр)3
  • ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ4
  • Мы любим подмечать у недругов изъяны... (Сметана)5
  • Все, все меняется: законы, нравы, стили... (Слон и моська)6
  • Однажды самогонный аппарат... (Самогонный аппарат)7
  • Мы пишем не для похвалы... (Диалектический осел)8
  • Две стрелки на часах шли, не переставая... (Часы)9
  • На чьем-то теле, под рубашкой... (Мурашки)10
  • Раз, после очень долгой контратаки... (Поэт и красавица)11
  • Однажды Бах спросил свою подругу... (Фуга Баха)12 13
  • Девица и цветок
  • Мартышка и очки
  • Лжеударник
  • Восприятие мира
  • В лесу
  • Пастух14
  • Вполне возможно
  • Поэт
  • Достойный ответ
  • Случай в гареме
  • Фрейдист
  • Фуга Баха
  • Случай с гипопотамом
  • На высоте
  • Случай с телеграфистом
  • Случай в трамвае
  • Эзоп и ГПУ15

 

* * *

Мы обновляем быт
И все его детали...
«Рояль был весь раскрыт 
И струны в нем дрожали».16
— Чего дрожите вы? — спросили у страдальцев
Игравшие сонату десять пальцев.
— Нам нестерпим такой режим —
Вы бьете нас,
         и мы дрожим!..
Но им ответствовали руки,
Ударивши по клавишам опять:
— Когда вас бьют, вы издаете звуки,
А если вас не бить, вы будете молчать.

Смысл этой краткой басни ясен:
Когда б не били нас, мы б не писали басен.

 

* * *

В одном термометре вдруг захотела ртуть
Достигнуть сорока во что бы то ни стало.
И в сей возможности не усумнясь нимало,
Пустилась в путь.

— Энтузиазм большая сила! —
Вскричала ртуть и стала лезть.
Но ничего не выходило:
Всё тридцать шесть и тридцать шесть.
— Ура! Вперед! На карте честь!.. —
Она кричит и лезет вон из шкуры, —
Всё тридцать шесть!

А что ж, друзья, и в жизни есть
Такого рода «реомюры»:
Кричат: — Вперед!
Кричат: — Ура!
А не выходит ни хера.

 

* * *

Вороне где-то Бог послал кусочек сыра...
— Но бога нет! — Не будь придира:
Ведь нет и сыра.

 

ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ

Однажды приключилась драма:
Бог, в белом венчике из роз,
Потребовал у Авраама,
Чтоб сына в жертву он принес.
Зачем? К чему? Все скрыто мраком.
Старик отец в слезах, но все ж,
Над милым сыном Исааком
Уже заносит острый нож.
И вдруг сюрприз: разверзлась туч громада.
И бог вопит: «Я пошутил, не надо».

С тех пор переменился свет.
И бога, как известно, нет.

 

* * *

Мы любим подмечать у недругов изъяны
И направлять на них насмешки острие.

Однажды молоко спросило у сметаны:
«Скажите, вы еда или питье?»
Сметана молвила: «Оставьте ваши шутки,
Действительно, я где-то в промежутке.
Но ведь важна
Не эта сторона,
Всего важней, что я вкусна,
И то, что все бывают мною сыты...»

Вот так порою и гермафродиты:
Тот, кто на свет их произвел,
Конечно, допустил ужасную небрежность,
Но ведь, в конце концов, существенен не пол,
А классовая принадлежность.

 

* * *

Все, все меняется: законы, нравы, стили...

Случилось так, что где-то как-то раз,
По улицам слона водили,
Возможно, что и напоказ.

Вдруг Моська, увидав слона,
Подобострастия полна,
Расшаркалась пред ним почтительно и мило.
Потом,
Виляя весело хвостом,
Всех растолкав,
Перед слоном
На задних лапах заходила.

«Имей же стыд, —
Ей Шавка говорит, —
Так мерзко унижать себя нельзя же,
Ведь слон тебя не замечает даже».

«Отстань, — ответствовала та, —
Не понимаешь ты, как видно, ни черта
Ни в психологии скотов, ни в нашей жизни сучьей.
Я подхалимствую пред ним на всякий случай.
Плодов, что нам приносит лесть,
Нельзя заранее учесть,
Но это важный двигатель карьеры...»

Да, больше в наши времена
Не лает Моська на слона.
Совсем теперь не те у ней манеры.

 

* * *

Однажды самогонный аппарат
Подумал так: «Я не персона грата,
Но все-таки, в известном смысле, брат
Фотографического аппарата.
Работать я могу день изо дня.
Я хорошо сработан, молод, емок,
Так почему ж не пользуют меня
Хотя бы для простых натурных съемок?»

И вот куда-то в Центр, без замедленья
Он написал об этом заявленье.
Зав.,
Заявленье прочитав,
Сказал: «А он, пожалуй, прав».
И так постановил: «В течение недели,
Без канители,
Казенщины, а также лишних трат,
Оставив в стороне вопрос зарплаты,
Зачислить самогонный аппарат
В фотографические аппараты,
И выдать соответственный мандат».

 

* * *

Мы пишем не для похвалы,
А для внушения морали.
В лесу однажды все ослы
Вдруг диалектиками стали.

Но так как страшный произвол
Царит сейчас во всей вселенной,
Диалектический осел
Глуп так же, как обыкновенный.

 

* * *

Две стрелки на часах шли, не переставая:
Минутная и часовая.

«Не понимаю, почему ты
Не хочешь, как и я, отсчитывать минуты? —
Спросила та, которая длинней,
У той, которая короче,
Соединившись с ней
В 12 ночи. —
Встряхнись! Пора! Беги за мной!»

Короткая сказала: «Можно».
И понеслась неосторожно
За торопившейся большой.

Сейчас мы поясним сию картинку:
Часы пришлось отдать в починку.

 

* * *

На чьем-то теле, под рубашкой,
Мурашка встретилась с мурашкой.
Они решили вместе жить,
Чтоб что-нибудь для вечности свершить,
Стремясь к какой-нибудь великой Цели
Смело...

Но тут залихорадившее тело
Окутал вязаный жакет,
Озноб прошел.
Оно вспотело,
И вот мурашек наших нет...

Мурашки — это те, которые по коже.
А мы? Что если вдруг и мы на них похожи?

 

* * *

Раз, после очень долгой контратаки,
Не бывшая еще ни разу в браке
Одна красавица вдруг загорелась вся
В объятьях своего прекрасного поэта.
Но только песнь любви пропеть он собрался,
Как песенка его уж оказалась спета.

О женщина, запомни до могилы:
Теряя время, мы теряем силы.

 

* * *

Однажды Бах спросил свою подругу:
«Скажите мне, вы любите ли фугу?»

Смутясь и покраснев, как мак,
Подруга отвечала так:
«Не ожидала я увидеть в вас нахала.
Прошу вас, не теряйте головы.
Я — девушка и в жизни не видала
Того, что здесь назвали вы».

Мораль: у девушек, почти без исключенья
Богатое воображенье.

Вариант:

Однажды Бах спросил свою подругу:
— Скажите мне,
вы любите ли фугу?
Смутясь и покраснев как рак,
Подруга отвечала так:
— Не ожидала я увидеть в вас нахала!
Прошу вас, не теряйте головы!
Я — девушка, и в жизни не видала
Того, о чем спросили вы!..

Ну что ж, читатель-друг,
действительно, подруга
Не знала, что такое фуга.
Но это не ее вина:
Другие были времена,
Она росла в провинции, у тети…
Теперь таких девиц вы не найдете.

 

ДЕВИЦА И ЦВЕТОК

Текст местами не совсем точно совпадает с оригиналом. (Прим. ОГПУ—Ред.)

Однажды некая девица 
Присела над цветком освободиться. 
На утро же у этого цветка 
Порхали два мотылька
И удивлялись. Мы ведь говорили,
Что фиалка чудно пахнет,
А вот цветок воняет, что есть силы.

Какой же вывод сделать может тут17?
Что так же вот у нас литература.
Ее понюхать вам не дадут,
Пока над ней не просидит цензура.
И все ж нельзя сравнить ее с цветком:
Там серет девушка — здесь целый репертком.

 

МАРТЫШКА И ОЧКИ

Небезызвестная мартышка и очки 
Играли как-то в дурачки.
Во время этих дурачков 
Почти что с самого начала 
Под самым носом у очков 
Мартышка явно плутовала.
Все у мартышки дамы, короли...
И странно: это преступленье 
Очки заметить не могли,
Очки, которые другим даруют зренье.

Читатель-друг, мы вот что подсмотрели — 
Есть у иных «вождей» такая же черта:
Они, другим указывая цели,
Не видят сами ни черта.

 

ЛЖЕУДАРНИК

Один верблюд пролез в игольное ушко, 
А это вовсе не легко.
И чтоб отметить это чудо,
Все стали чествовать верблюда.
— Он сверхверблюд.
— Гигантский труд.
— Какая мощная работа...
Вдруг заявляет где-то кто-то:
— За этот труд хвала ему и честь,
Но то, что он пролез туда — понятно,
А вот пусть он попробует пролезть 
Обратно.
Верблюд рассвирепел, как бес,
Полез обратно и — пролез.
Причем пролез в мгновенье ока,
Как говорится — раньше срока.
О нем заговорили города,
О нем уж даже пишут книжки,
А наш верблюд туда-сюда 
Все прет и прет без передышки.
Натер себе бока и холку 
И, наконец, сломал иголку.
Но это не его вина.
Мораль сей басенки ясна:
У нас неповторимая эпоха,
Но вот иголки делаем мы плохо.

 

ВОСПРИЯТИЕ МИРА

Один матрос 
Приятелю засунул в нос 
Навоз.
Приятель этот странствовал немало,
Но где б с тех пор он ни был, всякий раз 
Ему казалось — все вокруг воняло,
Как будто бы весь мир в дерьме погряз 
И стал сплошной навозной кучей.

Великий смысл имеет этот случай:
Когда в колхозе, в городе, в лесу —
Везде мерещится тебе лишь грязь и проза, 
Проверь-ка, нет ли у тебя в носу 
Навоза.

 

В ЛЕСУ

Пород звериных делегаты 
Раз собрались и начали дебаты.
Разбору подлежало много дел:
Повестку дня я лично просмотрел 
И видел, что вопросов было много.
В президиум скоты избрали носорога,
Двух леопардов, тигра и лису.
Случилось, что осел, бродя в лесу,
Хоть он и был лишен авторитета,
Явился на собранье это 
И слова попросил, в тупик поставив всех. 
Раздался смех,
Но председатель все же 
(Регламент был ему всего дороже)
Вести не захотел собранья против правил 
И слово ишаку сейчас же предоставил.
Осел к трибуне подошел 
И, обратясь к звериным массам,
Вдруг гаркнул басом:
— Товарищи. Товарищ Лев сказал...
Все сразу смолкло.
Замер зал.
Потом посыпались признанья, комплименты, 
Все звери вдруг воспрянули с земли,
И шумные аплодисменты 
Округу громом потрясли.
Не нужно мнить, что у осла 
Была
Ума палата.
Осла
Спасла
Цитата.

Читатель-друг. Запомни наш совет: 
Чтоб у зверей иметь авторитет,
На знанья не надейся никогда ты: 
Ходи с цитаты.

 

ПАСТУХ

Один пастух, большой затейник 
Сел без штанов на муравейник.
Так возглавлять решил он кров 
Трудолюбивых муравьев.
Но муравьи бывают люты,
Когда им причиняют зло,
И, просидев две-три минуты,
Он поднял крик на все село:
Он был искусан ими в знак протеста.

МОРАЛЬ: не занимай ответственного места.

 

Вполне возможно

Однажды драматург Шекспир
Устроил грандиозный пир.
Купил вина, купил сельдей
И посадил за стол блядей.
Читатель может возмутиться.
И впрямь: могло ли так случиться,
Что величайший из людей,
Шекспир, и вдруг среди… сельдей?!

Безоговорочно и прямо
Должны мы оправдать Вильяма:
Вильям Шекспир купил сельдей
Не для себя, а для блядей!

 

Поэт

Один поэт, свой путь осмыслить силясь,
Хоть он и не был Пушкину сродни,
Спросил: «Куда вы удалились,
Весны моей златые дни?»
Златые дни ответствовали так:
— Мы не могли не удалиться,
Раз здесь у вас такой бардак
И вообще, черт знает что творится!

Златые дни в отсталости своей
Не понимали наших дней.

 

Достойный ответ

Кичились раз своим здоровьем
Соски на вымени коровьем.
И с простотою деревенской
Глумились так над грудью женской:
— Ты и мала, и коротка,
И кот наплакал молока…
Как только стыд тебя не гложет?..
Насмешкам этим вопреки,
Молчали женские соски:
Грудь разговаривать не может!
— А вымя? — спросит кто-нибудь.
Нас занимает только грудь!

 

Случай в гареме

Однажды наклонилась близко
К младому евнуху младая одалиска.
А деспотичный шах, меж тем,
Уже успел войти в гарем.
— Ага!.. В гареме?..
Ночью?.. Вместе? —
Воскликнул шах. — Я жажду мести!
Какой позор! Какой скандал!..
Тут визирь шаху так сказал:
— Зачем же звать его к ответу?
Почто ему готовить месть?
О, шах! У евнуха ведь нету!
— Но у нее, мерзавки, есть!
— Пойми, лишен он этой штуки!
— А руки?.. 
Срубить!
Палач взмахнул мечом,
И руки стали ни при чем.

Но оказался в дураках
Представьте, все же старый шах.
Над шахом евнух долго издевался:
Язык-то у него остался!
Сколь наша участь более горька:
У нас есть то и сё,
и нету языка.

 

Фрейдист

Один фрейдист, придя из института
К себе домой,
Узрел ученика, который почему-то
Сидел на канапе с его женой.
Причем, сидел в такой нелепой позе,
Что ни в стихах не выразить, ни в прозе.
Ученый головой поник:
— Моя жена и мой же ученик!
Что может означать подобное явленье?
Должно же быть ему у Фрейда объясненье!
Допустим, что он в ней свою увидел мать.
Но все же этот факт какого будет типа?
«Нарцизм» ли это?
Комплекс ли Эдипа?
Как мне точней всего его назвать?
Ученый целый год найти ответ старался,
А ларчик просто открывался
И очень просто назывался.

Вот так и мы порой, как комики,
Ответа ищем в экономике.
А он один и там и тут:
Ее…
И нас…

 

Случай с гипопотамом

Раз к венерологу пришел гипопотам.
— Ай, больно! — он кричал.
— Где больно, друг мой?
— Там!

Мораль сей басни в том,
что к незнакомым дамам
Ходить не нужно и гипопотамам.

 

На высоте

В долине Чатыр-дага
Лежала раз наждачная бумага.
Привел однажды в ту долину
Один влюбленный курд свою кузину.
Ну, то да сё, она сдалась невольно,
Но вдруг вскричала: - Ай, мне больно!

Смысл этой басни краток, но хорош:
Кладя, смотри на что кладешь!

 

Случай с телеграфистом

Однажды, не всерьез, а в шутку
Телеграфист ударил проститутку.
Так, ни за что обидев даму,
Вернулся он на телеграф,
Но, принимая телеграмму,
Сообразил, что был не прав.
Окончив службу,
взяв шинель,
Телеграфист вернулся на панель.
Под фонарем — горжетка, боты
И ссадина его работы.
Обрадовавшись этой встрече,
Он в длинной речи,
Возможно мягче и ясней
Просил прощения у ней.
Подробно юноша упрямый
Ей долго говорил о том,
Что он введет ее в свой дом
И даже познакомит с мамой.
— Не говорите мне «не надо»!
Мамаша будет очень рада!..
Но девушка сказала так:
— Дурак!
Бить бей, коль есть на то причина
И коли встретил на пути.
Но ты за это как мужчина
Хоть папироской угости.
А мамочка твоя и дом
Здесь совершенно не при чем.

Мораль сей басни такова:
Она права!

 

Случай в трамвае

Должны быть вежливы всегда мы,
Везде, читатель дорогой!
Вот раз в трамвай вошли две дамы,
Одна беременней другой.
В трамвае том сидел пижон
И был их видом поражен.
Беременность не звук пустой,
И, не теряя времени,
Он уступает место той,
Которая беременней.
Поступок вежливый пижона
Стал украшением вагона.

Читатель, помни это, знай,
И так же транспорт украшай.

 

Эзоп и ГПУ

Однажды ГПУ пришло к Эзопу
И взяло старика за жопу.
А вывод ясен:
Не надо басен!

 

Эрдман Николай Робертович (1900 — 1970). Учился в реальном училище, но не успел закончить, т.к. был мобилизован в Красную армию. Был на фронте, служил в охране железных дорог. После демобилизации вернулся в Москву.

В 1918 познакомился с В. Шершеневичем, вместе с братом Борисом (известным впоследствии театральным художником) принимал участие в деятельности имажинистов, в 1919—1923 публиковал стихи, а также рецензии в левоэсеровском журнале «Знамя». С 1922 г. переключается на работу в театре — переводит, сочиняет либретто оперетт, а затем создает комедию «Мандат» (1925). Поставленная в театре В.Э. Мейерхольда пьеса имела оглушительный успех. Следующая пьеса Эрдмана «Самоубийца» (1930) была запрещена цензурой и не была напечатана.

В начале 1930-х Эрдман в соавторстве с поэтом и драматургом Владимиром 3ахаровичем Массом (1896 — 1979) пишет опереточные либретто, эстрадные обозрения, стихотворные фельетоны, киносценарии (в т.ч. «Веселые ребята»). Тогда же ими (вопрос об авторстве остается дискуссионным) был написан цикл басен. После того, как В. И. Качалов прочитал некоторые из них на правительственном приеме, Эрдман и Масс были арестованы (11 октября 1933) и сосланы, Эрдман — в Енисейск, затем в Томск. После освобождения в 1936 был вынужден жить вне Москвы.

В 1941 был призван в армию, в начале 1942 был отозван в ансамбль песни и пляски НКВД, где прослужил до 1948 г. Писал сценарии для кино— и мультфильмов, в т.ч. «Волга-Волга» (Сталинская премия 1941), «Здравствуй, Москва!», «Смелые люди» (Сталинская премия 1951), «Застава в горах» (все указанные фильмы — в соавторстве с М. Д. Вольпиным), а также пантомимы, скетчи, интермедии. В последние годы жизни сотрудничал с Московским театром на Таганке.18

Публикации:
Пьесы. Интермедии. Письма. Документы. Воспоминания современников. — М., 1990
«Вопросы литературы», № 1, 1988. Озорные басни. Публ. А.В. Масс. (В журнале басни приписаны одному В. Массу, однако согласно множеству воспоминаний авторство было совместным.)
Владимир Масс // Альманах «Поэзия», № 59 (1991)
«Независимая газета», 31 дек 1996, с.12. Басни. Публ. Г. Файмана.
«Источник», № 2, 1998
Поэты-имажинисты. — СПб., 1997 («Библиотека поэта», большая серия).
Поэзия 1920-х годов / Сост., предисл. и комм. Н.А. Богомолова. — М.: СЛОВО/SLOVO, 2000
От символистов до обэриутов. Поэзия русского модернизма. Антология. Книга 2 /Сост. А.С. Карпов, А.А. Кобринский, О.А. Лекманов. — М.: Эллис Лак, 2000; 2002
19

  • 1. Мы обновляем быт... — «Независимая газета»; Поэзия 1920-х годов, с.657 (под назв. «Непреложный закон»). В «Источнике» называлось «Муки творчества» (С.155).
  • 2. В одном термометре вдруг захотела ртуть... — «Независимая газета»; Поэзия 1920-х годов, с.658 (под назв. «Об очковтирательстве»).
  • 3. Вороне где-то Бог послал кусочек сыра... — Поэзия 1920-х годов, с.658.
  • 4. ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ — «Независимая газета».
  • 5. Мы любим подмечать у недругов изъяны... — Пьесы..., с.386, «Независимая газета».
  • 6. Все, все меняется: законы, нравы, стили... — «Независимая газета».
  • 7. Однажды самогонный аппарат... — «Независимая газета».
  • 8. Мы пишем не для похвалы... — «Независимая газета».
  • 9. Две стрелки на часах шли, не переставая... — «Независимая газета».
  • 10. На чьем-то теле, под рубашкой... — «Независимая газета».
  • 11. Раз, после очень долгой контратаки... — «Независимая газета».
  • 12. Однажды Бах спросил свою подругу... — «Независимая газета»; Поэзия 1920-х годов (под назв. «Фуга Баха»
  • 13. по РВБ
  • 14. «Источник» (Документы русской истории). 1998. № 2
  • 15. источник неизвестен (litresp.ru)
  • 16. Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали — 3 стр. из стихотворения А. Фета "Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали..." (1877).
  • 17. Так в тексте.
  • 18. Неофициальная поэзия. Антология // Русская виртуальная библиотека
  • 19. Неофициальная поэзия. Антология // Русская виртуальная библиотека.