Часть V. О рефлексах

[780 * 678] О ТЕНИ МЕЖДУ ПАДАЮЩИМ СВЕТОМ И СВЕТОМ ОТРАЖЕННЫМ.

|228,2| Тень, расположенная между падающим светом и светом отраженным будет очень темной и покажется еще темнее, чем она есть на самом деле, из-за сравнения с падающим светом, который с ней граничит.

Примечание

«О рефлексах» и т. д. (на полях) написано и потом зачеркнуто р.1.

[781 * 679] ГДЕ РЕФЛЕКС ДОЛЖЕН БЫТЬ И НАИБОЛЕЕ ТЕМНЫМ.

Если свет s освещает тело rhp, он делает первоначальную тень в верхней ее час ближе к свету, более светлой, чем в нижней, где тело лежит на плоскости, согласно четвертому [положению] этой книги, гласящему: «поверхность всякого тела причастна цвету противолежащего ей предмета», таким образом, производная тень, которая отпечатлевается на полу в месте mp, отскакивает на затененную часть тела ор, а производный свет, окружают эту тень, а именно в mn, отскакивает в or. И это является причиной того, что такие затененные тела никогда не имеют рефлекса в том месте, где затененное тело граничит с полом.

[782 * 680] ПОЧЕМУ РЕФЛЕКСЫ МАЛО ИЛИ СОВСЕМ НЕ ВИДНЫ ПРИ ВСЕСТОРОННЕМ ОСВЕЩЕНИИ.

Рефлексы затененных тел мало или совсем не видны при всестороннем освещении, и это происходит от того, что всесторонний свет очень [широко] окружает и охватывает каждое из этих тел, поверхность которых, как уже доказано, причастна цвету противостоящих ей предметов. Пусть, например, тело а освещено полусферой gcd и затенено землей gfd. Здесь поверхность |229| этого тела освещена и затенена воздухом и землей, являющимися противостоящими ей предметами, и освещена и затенена тем более или менее, чем более или менее она видна большему количеству светящегося или темного тела. Как видно [на рисунке], в точке k [эта поверхность] видна всей части полусферы hci и не видна ни единой части темноты земли.

Следовательно, k более освещено, чем а, куда смотрит только часть cd полусферы и где это освещение искажается темнотой земли rd, которая вся видит точку а и видна ей, как это доказывается в перспективе. Если мы будем говорить о точке b, мы найдем, что она еще менее освещена, чем точка а, вследствие того, что это b видимо лишь половине той [части] полусферы, которая видела а. Последняя видит все cd, a b видит только ed, составляющее половину cd; и видит всю ту темную часть земли, которую видело а, т. е. землю rd, но сюда присоединяется еще часть rf, более темная потому, что в ней нехватает света части полусферы ce, которого не лишена часть земли rd. Итак, на основании такого рассуждения, это тело не может иметь рефлекса потому, — то место светового рефлекса — позади основной тени тела, а здесь основная тень находится в той точке, где тело соприкасается с плоскостью земли и потому совершенно лишено света.

Примечание

Последнее не совсем точно, так как из поля зрения куска rf не пропадает вся часть се, а b не видит всей теневой части rf.

[783 * 682] КАКИМ ОБРАЗОМ ПОЯВЛЯЕТСЯ РЕФЛЕКС ПРИ ВСЕСТОРОННЕМ ОСВЕЩЕНИИ.

|229,2| На телах, освещенных всесторонним светом, рефлекс зарождается тогда, когда одна часть освещенного тела отбрасывает свой наиболее сильный свет в то место, куда смотрит меньшая часть этого света. Как, например, когда часть неба ef видит место d, но еще большая его часть видит h. Тогда производный свет от h будет отброшен в d.

Но об этом будет составлен в своем месте особый трактат.

[784 * 809] КАКОЕ ОСВЕЩЕНИЕ ДЕЛАЕТ |[b]| ФИГУРУ МУСКУЛОВ БОЛЕЕ ЗАМЕТНОЙ И ОТЧЕТЛИВОЙ.

[Из всех видов] освещения, поскольку они должны давать истинную распознаваемость фигуры мускулов, всесторонние нехороши, односторонние же превосходны и тем более, чем меньшим по фигуре является источник света. И этот показ мускулов] должен производиться при помощи передвижения света в разных направлениях потому, что, если бы свет стоял на одном месте, он освещал бы лишь небольшую часть мускулистого тела, а остальная его часть оставалась бы в темноте, а следовательно, неведомой.

[785 * 757] КАК СЛЕДУЕТ ИЗОБРАЖАТЬ БЕЛЫЕ ТЕЛА.

Если будешь изображать белое тело, окруженное большим количеством воздуха, [то обращай внимание на цвета противостоящих ему предметов], потому, что белое не имеет в себе никакого цвета, но частично окрашивается и переходит в цвет, ему противостоящий. Если увидишь в открытой местности женщину, одетую в белое, то та ее сторона, которая будет видна солнцу, будет настолько светлого цвета, что на нее будет даже несколько больно смотреть, как на солнце. А та ее сторона, |230| которая будет видима воздуху, освещенному солнечными лучами, в него вплетенными и его пронизывающими, покажется отливающей в синий цвет вследствие того, что воздух сам по себе синий. Если же на близкой поверхности земли будет луг, и женщина очутится между лугом, освещенным солнцем, и самим солнцем, то ты увидишь, как те части складок, которые могут быть видимы лугу, окрасятся лучами, отражающими цвет этого луга. И так будет она меняться в цвете от соседних освещенных и неосвещенных предметов. Если ты, [поэт], сумеешь рассказать и описать явление форм, то живописец сделает это так, что они покажутся ожившими благодаря светотени, создательнице выражения на лицах, недоступного твоему перу там, где это доступно кисти.

Примечание

В виду того, что Леонардо, как общее правило, против изображения цветных солнечных эффектов (см. § 703 и 705), то здесь возможно искажение первой фразы, и в оригинале, может быть, стояло: «Если будешь изображать белое тело, то устрой так, чтобы оно было окружено большим количеством воздуха. Потому что белое не имеет в себе никакого цвета, но частично окрашивается и переходит в цвет, ему противостоящий», т. е. при бессолнечном воздухе не будет окружающих цветных эффектов, видоизменяющих окраску белого тела. Чтобы получился такой смысл, достаточно вставить после «белое тело» «устрой так, чтобы», а перед «воздухе» — «бессолнечном».

[786 * 764] О ГЛАЗЕ, КОТОРЫЙ НАХОДИТСЯ НА СВЕТУ И ВИДИТ ТЕМНОЕ МЕСТО.

В темноте никакой цвет второго плана не бывает так же светел, как цвет первого плана, хотя бы они сами по себе и были сходны. Это доказывается на основании четвертого [положения] этой [книги], гласящего: «поверхность того тела наиболее окрасится цветом прозрачной среды, помещающейся между глазом и телом, у которого эта среда будет наибольшей плотности». Отсюда остается заключить, что цвет второго плана, находящийся в прозрачной темной среде, будет иметь больше темноты между собой и глазом, чем цвет первого плана, ближе стоящий к глазу. И между степенями темноты этих цветов будет то же отношение, как и между количествами той темной среды, которая их собой |230,2| окрашивает.

[787 * 765] О ГЛАЗЕ, КОТОРЫЙ ВИДИТ ВЕЩИ В СВЕТЛОМ МЕСТЕ.

В освещенном воздухе никакой цвет второго плана не будет таким же темным, как тот же, но более близкий цвет. Это доказывается на основе предыдущего, ибо [теперь] между глазом и цветом второго плана расположен более плотный слой светлого воздуха, чем между глазом и цветом первого, и, следовательно, отношение разниц этих цветов будет равно отношению количеств [освещенного] воздуха, расположенных между глазом и этими цветами.

[788 * 629] О ТЕНИ И СВЕТЕ В ГОРОДАХ.

Когда солнце на востоке, а глаз помещается над центром города, этот глаз увидит, что в южной стороне этого города крыши наполовину затенены, наполовину освещены; также и на северной стороне; восточная будет совсем темной, а западная совсем светлой.

[789 * 807] ОБ ОСВЕЩЕНИИ САМЫХ НИЖНИХ ЧАСТЕЙ ТЕЛ, ТЕСНО СОМКНУВШИХСЯ, КАК НАПРИМЕР, У ЛЮДЕЙ В БИТВЕ.

У людей и лошадей з напряженной битве части тела будут тем темнее, чем они ближе к земле, их несущей. И это подтверждается на стенках колодца, которые становятся все |231| темнее, чем дальше уходят вглубь. Происходит это от того, что самая глубокая часть колодца видит меньшую часть и видима меньшей части освещенного воздуха, чем какая-либо другая его часть. А земля, [когда она] того же цвета, как и ноги упомянутых людей и лошадей, будет всегда освещена между более равными углами, чем вышесказанные ноги.

[790 * 872] ОБ ОДНОСТОРОННЕМ ОСВЕЩЕНИИ.

Односторонний свет дает лучший рельеф затененным телам, чем всесторонний, как показывает нам сравнение одной части освещенной солнцем местности с частью, затененной облаком и освещенной лишь всесторонним светом воздуха.