Повесть о рождении и победах Александра Великого. СПб.: Азбука–классика, 2006

Повесть о рождении и победах Александра Великого / Пер. с лат. и ст.-фр., сост., вступ. ст. и ком. Н. Горелова. СПб.: Азбука–классика, 2006. 256 с.

В первой части книги представлен самый ранний из имевшихся в средневековой Европе латинских сборников преданий о деяниях Александра Великого. Сохранена композиция рукописного кодекса, со всеми огрехами, перестановками и неувязками, которыми наполнил произведения анонимный переписчик. Созданная около 1000 года на юге Италии Бамбергская рукопись (бамбергским сборник называется потому, что хранится в Бамбергской государственной библиотеке) представляет «Историю сражений Александра Великого» в переводе с греческого, выполненном в IX веке архипресвитером Львом Неаполитанским.1

Содержание

Несколько слов о том, чего не совершал Александр Великий

Открывающему эту книгу следует хорошо усвоить: деяния Александра Великого имеют не так много общего с событиями биографии реального исторического персонажа, носившего имя Александр и прозвание Македонский, родившегося в 356 году до н. э., взошедшего на престол в возрасте двадцати лет и умершего в 323 году до н. э. в Вавилоне.

По числу биографий и исторических произведений о нем Александр опережает Юлия Цезаря и Октавиана Августа. До нашего времени дошло не так уж мало: «Деяния Александра Великого» Квинта Курция Руфа, книги XVII—XVIII «Исторической библиотеки» Диодора Сицилийского, «Поход Александра» и «Индика» Арриана,  «Жизнеописание Александра», составленное Плутархом, «Краткое изложение (эпитома) Истории Помпея Трога», сделанное Юстином. Нравственностью македонского царя интересовались Цицерон, Сенека и Валерий Максим. О странах, которые посетил Александр Великий, нередко упоминают Страбон, Плиний Старший и его преемник Сатин. Царившим при дворе Александра нравам н порядкам посвятил немало страниц Афиней. Эллиана интересовали нетипичные подробности: в «Пестрых рассказах» он обсуждает пиршества Александра, в «Истории животных» — змей, обезьян и прочих тварей, описанных участниками похода. На труд Юстина опирался христианский историк Павел Орозий. При всей внушительности этого списка следует признать: сведения об Александре, находящиеся в нашем распоряжении, дошли в составе сочинений. созданных не ранее I века до н. з.

Из всего что сохранилось, современному читателю в наибольшей степени (и по числу изданий, и по стилю) доступен Плутарх. Его    сравнительное жизнеописание Александра и Цезаря отличают законченность и мастерство изложения материала. Арриана читать сложнее, издавались его произведения реже, однако они неизменно доставляют удовольствие школьникам и лицеистам всех мастей.

Средневековая Европа знала об Александре благодаря Курцию  Руфу и Юстину, или краткому пересказу объемистого труда Юстина, сделанному Павлом Орозием. Поскольку без созданных Орозием «Семи книг истории против язычников» (труд был вдохновлен старшим современником и учителем - Блаженным Августином) невозможно представить себе историописание Средневековья, деяния Александра не были позабыты или оставлены без внимания. Орозий, правда, к Александру относился несколько скептически.

Само собой, между IV веком до н. э., когда Александр потряс Балканы, Египет и Азию своими завоевательными походами, и временем создания первых из дошедших до нас трудов о легендарном полководце должно, конечно, существовать связующее звено — иначе откуда Диодор Сицилийский и те, кто следовал за ним, смогли бы почерпнуть свои сведения. В древности об Александре писали немало. Своего первого историка — племянника Аристотеля Каллисфена из Олинфа - полководец уничтожил собственными руками: горделивого автора заели вши, когда по приказу царя он был посажен в тесную клетку. Многие из соратников Александра описали его деяния в своих сочинениях: флотоводцы Онесикрит из Астипалеи и Неарх Критский, полководец и правитель Египта Птолемей, Аристобул, отправившийся вместе с Александром в Индию и возвращавшийся назад через пески Гедросии, — именно Аристобулу Александр поручил восстановление разграбленной могилы царя Кира. При дворе Александра вели «Царский дневник», куда записывалось все происходившее. Сохранились отрывки путевых разрядов. Поколением позже (будем придерживаться версии Арриана) творил Клитарх, весьма недолюбливавший Александра, однако его сочинение оказалось весьма популярно. Плиний Старший именовал Клитарха «прославленным автором», по словам Квинтилиана, он был отмечен талантом н замаран пренебрежением правдой». Насчитывавший не менее двенадцати книг труд «Об Александре» сыграл, как многие полагают, решающую роль в формирования противоречивого образа покорителя мира.

Кроме перечисленных выше источников в распоряжении Плутарха, несомненно, имелся еще один — сборник переписки Александра Великого. В XX веке два подобных сборника были найдены среди папирусов. Многие из писем, на которые ссылается Плутарх, были подлинными, но обнаруженные сборники — это недостающее звено эволюции жизнеописания Александра от истории к роману. Переписка Александра и Дария изобилует деталями, которые вряд ли могли прийти в голову историческим персонажам, зато она отражает представление об Александре как герое увлекательного повествования. Роман в письмах заложил основу бесчисленного множества версий легендарных жизнеописаний Александра Великого.

Сборники писем оказались отнюдь не единственным источником — среди папирусов был обнаружен диалог Александра с индийским мудрецом, или гимнософистом, известный также благодаря «Жизнеописанию» Плутарха. Диалог восходит к такому памятнику, как «Вопросы Мелинды», однако значительно короче и более прямолинеен. Отголоски этого диалога можно обнаружить н в Талмуде, где Александр обращается с вопросами к иудейским мудрецам.

Хотя Александр не сыграл особой роли в истории еврейского народа и упоминается только в начальном стихе Первой книги Маккавеев, его образ был весьма популярен среди еврейской диаспоры, обосновавшейся в Александрии. Именно в этой среде сложились первые версии «Романа об Александре», оттуда пришел роман в письмах, «диалог» с брахманами, отрывок молитвы Серапису, а возможно, и завещание Александра, врученное родосцам, — во всяком случае, вся дальнейшая история поддельных завещании таких исторических личностей, как Цезарь и Антоний, связана именно с Александрией.

Кому понадобилось писать «Роман об Александре»? Сохранившиеся фрагменты, из которых складывался роман, сами собой дают ответ на этот вопрос. Письма, диалоги, завещания и речи бытовали как риторические упражнения.

Точнее это были ролевые игры тогдашнего студенчества, в распоряжении которого находилась самая крупная в мире библиотека. По развлекательности подобные упражнения немногим уступали поездкам в метро с двухметровыми копьями с целью представить себе в реальном времени поход Фродо. В обоих случаях заранее известно, чем дело кончится.

Александрия - город, основанный великим полководцем - после его смерти стала средоточием культа Александра Именно здесь располагался золотой саркофаг, в котором покоилось забальзамированное тело Александра, здесь правил Птолемей, написавший историю Александра. Родом из Египта оказался и Нектанеб, которого благодаря роману стали считать истинным отцом полководца. Примечательная особенность - дошедшие до нашего времени исторические сочинения об Александре Великом начали создаваться именно в ту пору, когда материальным памятникам царю-полководцу был нанесен непоправимый урон. Вступив в Александрию, Октавиан Август пожелал своими глазами увидеть тело Александра, и золотой ковчег был открыт... Обнаружив, что тело царя осталось нетленным, Август дотронулся до его носа и повредил его — с этого началось разрушение мумии.

В какой степени вымышленное жизнеописание Александра может считаться романом? Те, кому приходилось сдавать на экзаменах историю античной литературы, знают — все греческие романы выглядят одинаково. Любовь, буря, разлука, пираты, скитания, мнимая смерть, узнавание и счастливый конец являются их непременными атрибутами. В жизнеописании Александра любовь — явление не столь уж значимое, на первом месте оказывается тяга к странствиям и завоеваниям. И в этом смысле «Роман об Александре» стоит несколько особняком, хотя он и был создан, как полагали, в ту же эпоху, что и первые греческие романы о любви. 

Восприятие «Романа об Александре» изменилось, когда среди папирусных фрагментов был обнаружен небольшой (страниц восемь) отрывок о Нине и Семирамиде — легендарных основателях персидской державы. Любовь была налицо, романтическая коллизия — тоже. Папирус был по крайней мере на три века старше любого из известных ранее любовных романов, что перевернуло представления о происхождении этого жанра. Жизнеописание Александра также оказалось в совершенно новом контексте. Известно, что среди сохранившихся книг «Исторической библиотеки» Диодора Сицилийского приводится изложение сочинения греческого врача Ктесия, подвизавшегося в IV веке до н. э. при дворе персидских царей. Ктесий подробно (насколько можно судить по дошедшим до нас отрывкам) излагает историю основания персидской державы и завоевательных походов, предпринятых Нином и Семирамидой. История индийской экспедиции Семирамиды во многих деталях совпадает с литературной канвой похода в Индию Александра. Таким образом, греческий роман зародился и развивался сразу в двух направлениях. Были романы любовные, были — приключенческо-биографические. К числу последних относились пересказанное Ктесием предание о Семирамиде, жизнеописание Александра и, конечно, роман о Кире Великом историка Ксенофонта. Примечательно, что для своих романов греки выбирали весьма экзотические места: Эфиопию («Эфиопика» Гелиодора), Вавилон, Эфес, Тир («История Аполлония, царя Тирского»), Фулу («Невероятные приключения по ту сторону Фулы» Антонина Диогена). Герои, которым посвящены греческие приключенческие романы, — Семирамида и Кир — также персонажи из мира внешнего, они персидские цари, и в этом смысле Александр Македонский не исключение.

Его жизнеописание берет свое начато в египетской сказке, в романе в письмах, в посланиях, повествующих о тяготах индийского похода, в предании о гимнософистах, в подложном завещании и превращается в многоплановый приключенческий роман, который по мере развития пополняется все новыми и новыми текстами, относящимися к Александру. По сути своей «Роман об Александре» - это антология всего, что можно было прочесть о македонском полководце, за вычетом, естественно, исторической литературы. И эта антология сцементирована намертво главным биографическнм сюжетом, который в данном случае роль исторического источника и выполняет. Нечто подобное по сложности построения можно обнаружить, обратившись к двум другим классическим примерам преданий о странствиях — мифу об Одиссее и сказкам о Синдбаде-мореходе. 

<...>


Бамбергский сборник повестей об Александре Великом

Повесть о рождении и победах Александра Великого

Александр Македонский и брахманы

Размерами и бесподобной сладостью все прочие превосходят те самые плоды, которыми питаются индийские мудрецы. Листья этих деревьев похожи на крылья птиц - три локтя в длину, два в ширину. Мякоть плода источает восхитительный сок такой сладости, что может насытить человека на четыре дня. Название этого плода pala (райский банан), яблоко пустыни Они многочисленны в Сидраке, крайней точке похода Александра. Есть и другой сладкий плод, наподобие этого, но его внутренности небезопасны для здоровья. Александр издал приказ, чтобы никто из его войска не дотрагивался до этого плода.

Плиний Старший Естественная истории. XII, 24.

Бардезан, муж вавилонский, разделяет индийских гимнософистов на два вероучения одних он называет брахманами, других - саманеями2. Они соблюдают такое воздержание, что сторонятся иной пищи, кроме плодов деревьев, растущих у реки Ганг, обычного риса и муки. И когда царь приезжает, то поклоняется им, ибо, как считается, мир в его владениях держится их молитвами.

Св. Иероним. Вторая книга против Иовиниана. Гл. 14.

У гимнософистов Индии, а полученные из первых рук сведения придают этому достоверность, считается, что Будду, основателя их учения, дева родила из бока своего. Что удивляться варварам, когда ученейшие греки вообразила, что Минерва появилась из головы Юпитера, а Дионис (Отец Либер) из его бедра.

Св. Иероним, Первая книга против Иовиниана. Гл. 42.

Наставление Палладия

Наставник брахманов, по имени Диндим, рассказывая об их жизни, поведал следующее:

Калан Александру. Друзья побуждают тебя подчинить индийских философов власти и нужде, ибо и во сне им не снились деяния наши Тела-то ты переместишь с места на место, но души не заставишь делать то, чего они не хотят, не более чем добьешься, чтобы деревья и камни заговорили. Огромное пламя больно жжет тела живущих на свете и порождает растление, вот на чем мы стоим, заживо себя сжигаем. Не найдется ни царя, ни правителя, который вынудил бы нас сделать то, чего мы делать не собирались. Мы не похожи на греческих философов, которые, чтоб прославиться, упражняются вместо дел в словах, у нас дела - это соратники слов, а слова - дел. Мы быстры в деле и кратки в речи. Свобода у нас считается высшей из добродетелей.

(Послание индийского мудреца Калана Александру Великому цитирует Филон Александрийский, «Откровения», приписывавшиеся святому Клементу, а также святой Амвросий Медиоланский (IV в.), один из Отцов Церкви, живо интересовавшийся обычаями живущих на Востоке народоз, в том числе — укладом жизни брахманов.)

Переписка Александра с Диндимом

Послание Александра Аристотелю о чудесах Индии

Средневековые истории об Александре Великом

О путешествии Александра Македонского в Рай
Александр достигает высот неба и глубин моря
Александр и города Сирии
Александр достигает Иерусалима
Александр и племена Гога и Магога
Послание Аль-Кинди
Александр и василиск
Александр и ядовитая девица
Александр и необыкновенные камни
Александр и алмазная долина
Книга о камнях
Александр и десять гимнософистов

Притчи об Александре Великом

- Александр и индийский царь Пор
- Об Аристотеле и жене Александра
- Александр и пират Дионид
- Александр и свеча
- О пользе изображений, скульптуры и надписей
- О размеренной жизни
- О золотой гробнице Александра
- Александр и Диоген
- Александр и Мудрецы

Изречения Александра

Список литературы

  • 1. Повесть о рождении и победах Александра Великого. СПб.: Азбука–классика, 2006
  • 2. саманеев нередко отождествляют с шаманами, по вполне возможно, речь идет о буддистах.

Пример 33

Впервые историю о философах, собравшихся вокруг Александра, мы встречаем в сборнике новелл «Наставление клирикам (гл. XXXIII), автором которого был Петр Альфонсин - крещеный испанский еврей, живший в XI-XII веках, во времена короля Альфонса I Арагонского (король выступил в качестве крестного отца новообращенного). Из книги Петра Альфонсина история попала в состав «Римских деяний» (гл. 31 - «О непреклонности смерти» по изд. Gesta Romanorum. Ed. H. Oesterley. Berlin, 1872) и обрела немалую популярность.

Об Александре Великом

В конце XIX в. немецкий медиевист Остерлей опубликовал старопечатный текст по утрехтскому и расширенному кельнскому изданиям (Gesta Romanorum / Ed. H. Oesterley. Berlin, 1872) с прибавлением частью печатных, частью сохранившихся в рукописной форме историй, увеличив их количество до 283 номеров.
По изд.: Повесть о рождении и победах Александра Великого. СПб.: Азбука-классика, 2006, перевод Н. Горелова (Gesta Romanorum. Ed. H. Oesterley. Berlin, 1872.)

 

Фома из Кантимпрэ. «О природе вещей» (фрагменты)

Многие из мест в «Книге о зверях и чудовищах» можно прочесть и истолковать благодаря тому, что Фома из Кантимпрэ своевременно сделал оттуда выписки. Фома, автор фундаментального труда «О природе вещей», интересовался чудищами самыми разнообразными и оказался, пожалуй, первым из средневековых писателей, кому довелось существенно расширить и пополнить полуфантастический зверинец.

Александр и десять гимнософистов

Об условиях этого состязания в остроумных вопросах и ответах между Александром и десятью захваченными в плен мудрецами остается только догадываться. Согласно Берлинскому папирусу, любой из индийцев по выбору самого Александра должен был стать третейским судьей в споре. Если Александр сочтет, что он рассудил хорошо, то третейский судья оставался в живых, остальные же девять философов должны были быть преданы смерти. Плутарх рассказывает об этом так (AI. 64).

Наставление Палладия

«Наставление Палладия о брахманах» появилось в начале III века н.э. Это сочинение приписывалось епископу Палладию, решившему подробно осветить жизнь и быт праведных индийских «нагомудрецов». Как ни странно, средневековые монахи были очень неплохо осведомлены о том, что исповедуют их коллеги на другом краю света. И трактат Палладия сыграл в этом решающую роль: диссертация о брахманах была переведена на латынь (перевод приписывали святому Амвросию Медиоланскому) и включена в состав «Повести о рождении и победах Александра Великого».

Переписка Александра с Диндимом

Анонимная латинская переписка Александра с Диндимом (Collatio Alexandro cum Dindimo). Древнейшная версия сочинения относится к IV в.1

(Из Бамбергской рукописи. По изд.: Повесть о рождении и победах Александра Великого / Пер. с лат. и ст-фр., сост., вступ. ст. и ком. Н. Горелова. СПб.: Азбука–классика, 2006.)

Средневековые истории об Александре Великом

Разнообразные притчи и легенды об Александре, сохранившиеся в средневековых рукописях и манускриптах XI-XIII веков.
По изд.: Повесть о рождении и победах Александра Великого. СПб.: Азбука–классика, 2006

 

 

Книга изречений философов древности (фрагменты)

«Книга изречений философов древности» была переведена в XIII веке на латынь при дворе императора Фридриха II (возможно, его личным врачом и другом Джованни да Просида).
По изд.: Повесть о рождении и победах Александра Великого / Пер. с лат. и ст-фр., сост., вступ. ст. и ком. Н. Горелова. СПб.: Азбука–классика, 2006.

***