«Кембриджские песни»

«Кембриджские песни» — рукописный сборник XI в. из 50 стихотворений, составленный, по-видимому, в Лотарингии, на стыке германской и романской культур, а ныне хранящийся в Кембридже. Сюда вошли стихотворения разного времени (самое раннее откликается на события 948 г., самое позднее — 1039 г.) и разного происхождения — песни о немецких императорах соседствуют здесь со стихотворением «О соловье» французского мэтра Фулберта Шартрского и с любовными «Стихами к отроку», писанными в Италии. Антологии такого рода, по-видимому, имели в это время уже довольно широкое хождение: сатирик Амарций (живший в середине XI в. и тоже в Лотарингии) описывает в одном месте, как богач приглашает к себе жонглера и тот развлекает его песнями о швабе, одурачившем жену, о Пифагоре и о соловье, — три песни на эти темы находятся и в кембриджской рукописи. Антология составлена из стихотворений разного содержания, но в расположении их заметен известный план. В начале помещены стихи религиозного содержания, потом стихи на придворные темы (плач о смерти герцога, где чередуются полустишия на латинском и немецком языках; «Песнь Оттонова», переведенная в нашем сборнике; стихи в честь немецких императоров, кельнского и трирского архиепископа и пр.), потом — стихотворные новеллы и анекдоты («Снежный ребенок»1, «Лжец», «Дочь Протерия», «Лантфрид и Коббо», «Священник и волк» и др.), затем — стихи о весне и любви (в том числе «Весенние вздохи девушки», «Приглашение подруге» и «Стихи к отроку»), стихи дидактического содержания и, наконец, — несколько отрывков из античных поэтов, преимущественно патетического склада (из «Энеиды» и «Фиваиды»). Таким образом, сборник содержит материал, рассчитанный на любую аудиторию — двор, дружину, монастырское застолье, ученое собрание, школу, веселящуюся молодежь.

Главным новшеством в содержании «Кембриджских песен» является любовная тематика. В прежних известных нам осколках монастырской светской поэзии она еще начисто отсутствовала. Здесь она появляется впервые, и не без сопротивления: несколько стихотворений кембриджской рукописи тщательно вымараны кем-то из ее средневековых читателей (по обрывкам слов видно, что это были именно любовные стихи. Источник этой тематики — конечно, народная поэзия, и притом поэзия женская: едва ли не у всех европейских народов любовные песни — достояние прежде всего девушек и женщин.

Пройдет одно-два поколения, любовная тема станет в низовой латинской поэзии дозволенной и даже традиционной, и тогда эти женские голоса заглохнут за дружным хором мужской (и даже очень мужской) поэзии вагантов.

Однако, здесь мы еще имеем дело не с вагантской, а с «предвагантской» поэзией. Кембриджский сборник при всем распланированном разнообразии своего содержания писался неизвестным составителем только для себя и для товарищей по монастырю, а отнюдь не для более широкого распространения.2

Содержание рукописи:3

  • Carmen Christo dictum
  • Modus qui et Carelmanninc
  • Laudes Christo acte
  • Hymnus paschalis
  • Resurrectio
  • Ad Mariam
  • De epiphania
  • Rachel
  • De domo s. Cecilie Coloniensis
  • De s. Victore carmen Xantense
  • De Heinrico
  • Modus Ottinc
  • Nenia de mortuo Heinrico II imperatore
  • Nenia in funebrum pompam Heinrici II imperiatoris
  • Cantilena in Conradum II factum imperatorem
  • Cantilena in Heinricum III anno 1028 regem coronatum
  • Nenia de mortuo Conrado II imperatore
  • Gratulatio regine a morbo recreate
  • Cantilena in Heribertum archiepiscopum Coloniensis
  • Ecclesie Trevirensis nomine scripti ad Popponem archiepiscopum versus
  • De Willelmo
  • Modus Liebinc
  • De proterii filio
  • De Lantfrido et Corbone
  • Modus florum
  • Herigêr
  • De Iohanne abbate
  • Sacerdos et lupus
  • Alfrâd
  • Carmen estivum
  • De luscinio
  • Verna femine suspiria
  • Invitatio amice
  • Magister puero
  • Clericus et nonna
  • In languore perio
  • Lamentatio Neobule
  • Admonitio iuvenum
  • De musica
  • De mensa philosophie
  • De simphoniis et de littera Pithagore
  • Diapente et diatesseron
  • Umbram Hectoris videt Eneas
  • Hipsipile Archemorum puerum a serpente necatum plorat
  • Argie lamentatio maritum polinicum a fratre interfectum in venientis
  • Nisus omnigenti
  • 1. Стих о Nivis natus, «снежнорожденном», повествующий о некоей жительнице Швабии, которая в долгое отсутствие своего мужа забеременела якобы от того, что утоляла жажду снегом можно считать старейшим шванком. В первой трети XIIIв. появились первые стихотворные шванки на немецком языке.
  • 2. M. Л. Гаспаров. Поэзия вагантов , 1975
  • 3. https://en.wikipedia.org/wiki/Cambridge_Songs

Похвала Риму (Перевод Ф. А. Петровского)

Рядом с этим стихотворением в одной из рукописей находится другое  - гимн Риму на праздник Петра и Павла, написанный, по-видимому, от лица подходящих к Риму паломников, сочиненный тоже в Италии, тем же размером и, по всей вероятности, тем же автором, что и послание "К мальчику". Оно не вошло в антологию "Кембриджских песен", но мы помещаем его в виде приложения к ним.1

Дочь Протерия

(«Quisquis dolosis antiqui…» СС, 30 а (Langosch, p. 108))

Строгая антифонная секвенция, пересказывающая эпизод из жития св. Василия Кесарийского (IV в.), хорошо известного в переводах и на латинском западе в эпоху, предшествующую «Кембриджским песням».

Лжец

(Modus florum: «Mendosam quam cantilenam…» CC 15 (Langosch, p. 126))

Такое же переложение народной сказки, тоже швабской, на этот раз — в форму более простой унисонной секвенции.

(напев Флоров)

Снежный ребенок

(Modus Liebinc: «Advertite, omnes populi…» CC 14 (Langosch, p. 122))

Переложение народной сказки, хорошо известной в Германии, в форму прекрасно выдержанной антифонной секвенции; слово modus (подзаголовок сохранился только в позднейшем списке, куда вошли и другие песни на заданный «напев»: «Песнь Оттонова» и др.) означает «напев» секвенции-образца. Сюжет пользовался популярностью: еще в XIII в. Готфрид Винсальвский в своей стихотворной «Поэтике» пользуется им, чтобы показать, как можно пересказать одно и то же содержание пространно, «умеренно» и сжато.

Священник и волк (перевод М. Гаспарова)

(«Quibus ludus in animo…» CC 35 (Langosch, p. 128))

Анекдот, вариирующий в явно антиклерикальном духе традиционный басенный сюжет о лисе и козле, попавших в колодезь (Эзоп, 9); впоследствии вошел в состав французского «Романа о Лисе», так что можно полагать французское происхождение и этого стихотворения. Та же форма «амвросианского гимна», как и в «Стихе о монахе Иоанне».

Отрывок

(«Nam languens amore tuo…» Dronke, p. 275)

В тексте «Кембриджских песен» эта строфа вставлена в песню «Снежный ребенок» (ср. ниже, стр. 572) — вероятно, в оригинале рукописи она представляла собой приписку на полях, вариирующую (или задающую) ритм соответственной строфы основного текста. Типичный тон «женской песни» не лишен, однако же овидианских мотивов (Филлида, ждущая Демофонта, и пр.).

Стихи к отроку (К мальчику)

(«О admirabile Veneris ydolum…» СС 48 (Langosch, p. 114))

Обращение к мальчику-монаху, не лишенное эротического оттенка; размер (два шестисложных полустишия, ср. ниже, «Призрак возлюбленного») для эпохи «Кембриджских песен» еще сравнительно редок, стиль нарочито насыщен мифологической ученостью. Стихотворение итальянского происхождения.

Весенние вздохи девушки

(«Levis exsurgit zephyrus…» СС 31 (Langosch, p. 102))

Сохранилось только в кембриджской рукописи; по-видимому, скорбное настроение стихотворения спасло его от вымарывания, которому подверглись другие любовные стихи «Кембриджских песен». Яркий образец «женской песни», переложенной размером церковного гимна.

Херигер Майнцский (Перевод М. Гаспарова)

(«Heriger, urbis Moguntiacensis…» СС 24 (Langosch, p. 128))

Херигер был Майнцским архиепископом в 913–927 гг.; можно думать, что стихотворение сложено еще в X в. Строфа 7 выпала в рукописи и восстанавливается условно. В подлиннике — слабые односложные рифмы.

Жалоба девушки

(Из «Carmina Burana», издании 1974 г. отнесено к Кембриджской рукописи)

Повеял утренний зефир,
теплом обдав холодный мир.
Запели птицы веселей
в лиловом воздухе полей.

В наш неуютный, хмурый край
пришел веселый братец Май,
пришел он, полный юных сил,
и все вокруг преобразил.

Надев цветастый свой камзол,
он устелил цветами дол,
одним касанием руки
из почек выбив лепестки.

Монах Иоанн

(Из «Кембриджской рукописи»)

Спешу поведать вам сейчас
мной в детстве слышанный рассказ.
Но, чтоб он был усвоен вами,
перескажу его стихами.

Жил коротышка Иоанн.
Монашеский он принял сан,
и по пустыне, бодрым маршем,
шагал он вместе с братом старшим.

«Ах, мой любезный старший брат!
Мирская жизнь — сплошной разврат
Мне не нужна еда и платье.
Поддержка мне — одно распятье!»

Священник и волк (перевод Л. Гинзбурга)

(Из «Кембриджской рукописи»)

Эй, братцы! Навострите уши —
хочу потешить ваши души,
но есть особая изнанка
у незатейливого шванка.

Поп — деревенский старожил —
своих овечек сторожил,
поскольку после каждой стрижки
звенело у него в кубышке.

Ах, как родных детей — отец,
лелеял поп своих овец...
Но вот несчастье! В том поселке
внезапно появились волки

Песня про лгуна

Из «Кембриджской рукописи». Так же, как и «Снежное дитя», относится к зачаткам «плутовской литературы».​

 

***

Эй, слушай, старый, слушай, малый,
рассказ про случай небывалый,
что сделал зятем короля
неисправимого враля.

Воззвал король однажды с трона:
«Любой, кто, не страшась закона,
всех лучше врет у нас в краю,
получит в жены дочь мою!»

Снежное дитя

Из «Кембриджской рукописи» (XI в.). Стихотворение представляет собой один из первых в европейской литературе поэтических шванков. В XIII веке анекдот про «снежное дитя» был обработан странствующим поэтом Штрикером, автором известной «плутовской» книги о попе Амисе, предшественнике Тиля Эйленшпигеля.​

***