Восемнадцать прелестей девушки

Искать в интернет-магазинах:

Дата 3 марга 1557 года оспаривается. Скорее всего стихотворение написано в 1527 году.
Лукреция — согласно рассказу римского историка Тита Ливия, знатная римлянка, которую обесчестил родственник ее мужа Секст, сын последнего римского царя Тарквиния Гордого. Не перенеся бесчестия, Лукреция заставила отца и мужа поклясться, что они отомстят преступнику, и затем заколола себя на их глазах. Смерть Лукреции привела к восстанию (510 г. до н. э.) против тирана Тарквиния и к установлению республики. Современные историки считают этот рассказ легендой.

Перевод Ю. Левина

Вчера я под вечер гулял
По площади и размышлял,
Стихи слагал я в эту пору.
Вдруг девушка предстала взору,
Какой, наверно, и во сне
Не доводилось видеть мне.
Была та девушка красива
Лицом и сложена на диво,
Как римская Лукреция.
Желая насмотреться, я
Как вкопанный остановился,
И, глядя на нее, дивился,
И молча думал: кто она?
Но тут, спокойна и нежна,
Она пошла ко мне навстречу
И, обратясь с учтивой речью,
Спросила, что я здесь стою.
Я отвечал: «За жизнь свою
Не видывал я женщин краше.
Взирая на красоты ваши,
Я сам не в силах глаз отвесть.
Семь прелестей, какие есть,
Все в вас природа совместила».
«Кто вам сказал, — она спросила, —
Что прелестей у женщин семь,
А больше нет у нас совсем?»
Я отвечал ей: «Повсеместно
Семь женских прелестей известны».
Она ж мне: «Ведомо давно
Ученым людям, что должно
Число всех прелестей равняться
Шесть на три, то есть восемнадцать.
Три маленьких, во-первых, есть,
Три длинных надо к ним причесть,
И, в-третьих, мягких три и нежных,
И три, в-четвертых, белоснежных,
И, в-пятых, алых три нужны,
И три, в-шестых, как смоль черны».
Я ей сказал: «Просить я смею,
Чтоб рассказали вы яснее,
А то не понял я, увы!»
Она мне: «Коль хотите вы,
Все прелести могу назвать я,
Лишь сделаю одно изъятье;
Увидите, что я права.
Три маленьких идут сперва:
Две ножки малые — красотки
И подбородочек короткий.
Затем в трех длинных скрыты чары:
Два — это бедер длинных пара
И третья — длинная коса.
В трех мягких тоже есть краса:
Тут, кроме ручек нежных двух,
Животик мягкий, точно пух.
Три белых отгадать — не шутки;
Так знайте: то две белых грудки
И шейка белая одна.
Три алых я назвать должна:
То алых щечки две сначала,
А третьим будет ротик алый.
Три черных кончат мой рассказ:
Два — это пара черных глаз,
Но вам сказать о черной третьей
Я не могу; в моем ответе
Семнадцать прелестей даны,
Одну вы отгадать должны,
И я венком вас увенчаю».
Спросил я: «Как же я узнаю,
Что там за прелесть есть одна?»
Она сказала: «Ночь длинна;
Подумайте, и завтра вместе
Мы встретимся на этом месте».
И тут же удалилась прочь.
Хоть глаз я не смыкал всю ночь,
Не смог задачи одолеть я:
Какая ж это прелесть третья
Черна как смоль! И вот сейчас
Прошу, чтобы хоть кто из вас
Мне оказал благодеянье,
Открыв той прелести названье.
Он Гансу Саксу бы помог
Желанный получить венок.

(На сенсорных экранах страницы можно листать)