Спор Эйленшпигеля с епископом об изготовлении очков

Искать в интернет-магазинах:

29 августа 1554 года.
Перевод Ю. Корнеева

 

В один из дней зимы студеной
Тиль Эйленшпигель,1 плут прожженный,
Оборванный и без гроша,
Шел через поле не спеша,
Как вдруг заметил в отдаленье
Возков и всадников движенье.
То ехал с челядью своей
Епископ в Вормс на съезд князей.
Они, собрав рейхстаг, хотели
Потолковать об общем деле,
О том, как прекратить раздор,
Империи с недавних пор
Междоусобьем угрожавший.
 
Тиль встретил поезд подъезжавший,
Епископский возок нагнал
И, кланяясь, шапчонку снял.
Сообразил прелат почтенный,
Что перед ним шутник отменный,
И думает: «Твердили мне,
Что быть правдивыми вполне
Дано лишь дуракам да детям.
Поговорю-ка с парнем этим
И все, что думает мужик
О нас, князьях, узнаю вмиг».
И молвит: «Друг, идешь куда ты?
Ведь на тебе одни заплаты!
В мороз тебе гулять не след».
А Тиль епископу в ответ:
«Я выбрал ремесло такое,
Что с ним не видеть мне покоя
Три года обхожу Рейнланд,
Пфальц, Нидерланды и Брабант,
Края Богемский и Саксонский,
Венгерский, Швабский и Франконский,
Работы не найду нигде
И вечно мыкаюсь в нужде,
Затем что нынче спроса мало
На ремесло такое стало».
Вопрос епископ задает,
Каким он ремеслом живет
И почему оно в забвенье.
А Тиль ему: «Изготовленье
Очков — вот то, чем я кормлюсь.
Из-за того я и томлюсь
В напрасных поисках работы».
Прелат в ответ с улыбкой: «Что ты!
Не может быть! Казалось мне,
Что спрос на них возрос втройне
И что в ходу среди народа
Изделия такого рода.
Ведь знаем мы, что человек
Стал плотью хил в наш чахлый век
И зреньем ослабел намного.
Ему во всем нужна подмога,
Которою для наших глаз
Очки являются подчас.
К тому же есть в очках нужда нам,
Поскольку суетным мирянам
Теперь взбрело на ум читать
И доктором всяк хочет стать,
И хочет толковать Писанье,
И с духовенством в пререканья
Вступать. А потому оно
Читать поболее должно.
Ведь встарь по диспутам таскаться
И с клириками в спор пускаться
Еще мирянин не привык,
А те не брали в руки книг
И чтенье почитали вздором.
Вот две причины, по которым
Твое, приятель, ремесло
Сейчас везде в расцвет пришло.
Но ты ленив, как мне сдается,
И любишь шляться, где придется,
А значит, сам виной всему».
«Нет! — отвечает Тиль ему. —
И ваша честь увидит вскоре,
Насколько прав я в нашем споре.
Как ремеслу прийти в расцвет,
Когда в живых почти что нет
Тех пастырей благочестивых,
Смиренномудрых, незлобивых,
Которые, презрев себя
И только ближних возлюбя,
Писание читали много
И ересь пресекали строго.
Они теперь на небесах,
Где им уж нет нужды в очах.
А те служители господни,
Кто стар, но жив еще сегодня,
Священствуют столь долгий срок,
Что выучили назубок
Свои обедни и молебны.
Очки им также не потребны.
К тому ж в монастырях святых
Есть тьма монахов молодых,
Бегущих в мир, чтоб вместе с нами
Хлеб зарабатывать руками.
В очках нет надобности им.
Пропал я с ремеслом моим!
К тому ж весь сонм князей немецких,
Духовных, а равно и светских,
Очков не носит в наши дни».
Епископ Тилю: «Объясни,
В чем этому причина, сыне».
А Тиль в ответ: «Угодно ныне
На все сквозь пальцы им взирать».
Ему епископ: «Полно врать!
Ведь у князей толпа придворных,
Слуг и чиновников проворных,
И все на плутни мастаки.
Итак, князьям нужны очки,
Чтоб, обладая острым взглядом,
Давать острастку казнокрадам.
Как видишь, ложен твой ответ!»
Тиль молвит: «Ваша милость, нет!
Сейчас, когда в краях имперских
Не перечесть насилий зверских
И правосудие давно
К молчанию приведено
Своекорыстием бесчестным
И произволом повсеместным,
Чья тяжесть падает всегда
На горожан и города,
Князьям пора бы спохватиться,
На беспорядок ополчиться,
Смутьянов в разум привести
И тем империю спасти.
Так нет! Князьям и горя мало!
Смотря на все сквозь пальцы вяло
И разучась очки носить,
Они не могут сохранить
Те остроту и ясность зренья,
С которыми свои владенья
Князья в былые дни блюли,
Когда с дорог своей земли
Глаз неусыпных не спускали,
Все безобразья замечали
И в корне пресекали зло,
А ремесло мое цвело,
Поскольку покупались всеми
Очки усиленно в то время.
Зато теперь я наг и сир:
Ни люди светские, ни клир
Очков не покупают боле,
И стал я нищим поневоле».
 
Смеясь, ему сказал прелат:
«Поедем в Вормс со мною, брат!
Ты будешь у меня кормиться,
Пока рейхстаг имперский длится.
На нем придут, надеюсь я,
К таким решениям князья,
Что вновь империя воспрянет
И промысел твой всюду станет
Тебе давать доход большой».
Затем, возвеселясь душой,
Епископ снова в путь пустился
И в размышленья погрузился.
Он думал: «Коль узнал народ,
Как много мы пускаем в ход
Уловок тайных и разбойных,
Хоть с виду честных и пристойных,
То быть немедленно должна
Страна князьями спасена
От беззаконий, смут и страха,
Не то не избежать ей краха».
И внять скорей таким словам
Ганс Сакс желает ныне вам.
  • 1. Тиль Эйленшпигель — герой немецкой народной книги, живший в XIV в. и умерший, согласно народному преданию, в 1350 г. Народная книга о Тиле Эйленшпигеле возникла в 1500 г., сначала на нижненемецком наречии. Дошедший до нас вариант содержит около сотни шванков об озорных проделках героя, жертвами которых становятся князья и рыцари, попы и трактирщики. Ганс Сакс неоднократно использовал для своих шванков материал книги о Тиле Эйленшпигеле.
(На сенсорных экранах страницы можно листать)