Вы здесь

Завещание осла

Кто беспечально хочет жить
И дни в довольстве проводить,
Добра накапливая груды.
Того ждут толки, пересуды
И сплетни злобных болтунов.
Вредить любой тебе готов —
Ведь зависть всяк в душе питает.
Хозяин щедро угощает.
Но коль гостей с десяток есть,
То сплетников из них — пять-шесть,
Завистников же — целых девять.
Бранят хозяина везде ведь,
А перед ним небось юлят
И подольститься норовят.
Раз ненадежны, неверны
Те, кто тобой ублажены,
Дождешься ли чего иного
Ты от совсем тебе чужого?
Что делать, свет стоит на том!

Речь поведу я вот о чем.
В селе богатом жил священник.
Он думал только, как бы денег
Ему побольше, для дохода,
Со своего собрать прихода.
Одежды — горы в сундуках,
Зерна — до крыши в закромах;
И поп хранил зерно не впрок,
А чтоб продать в удобный срок,
Попридержав порой до Пасхи.
Не одолжит он без опаски
Тебе гроша, а звал дружком.
Ну прямо хоть бери силком!

Был у попа осел — такого
На свете не найти другого.
С усердием трудясь примерным,
Он двадцать лет слугой был верным.
Разбогатеть попу помог,
А после одряхлел и сдох.
Поп работягу почитал
И шкуру драть с него не стал;
Осла оплакал, а потом
Зарыл на кладбище людском.

Епископ, не в пример попу,
Кормил всегда гостей толпу.
Радушен был он и учтив
И в хлебосольстве столь ретив,
Что, если гость к нему заглянет.
Он и больной с постели встанет:
Среди люден он быть привык.
Тем врачевал себя старик.
Дом вечно полон был народу,
А слуги там, гостям в угоду,
Спешили сделать в миг один
Все, что прикажет господин;
Посуда же вся в долг взята:
Кто щедр, в долги войдет всегда.

Однажды гости за столом,
Беседуя о том о сем,
Заговорили о попах —
Сквалыжниках и богачах:
Даяньем, мол, почтят нескоро
Епископа или сеньора.
Тут о хозяине осла,
Попе богатом, речь зашла —
Всю жизнь его так расписали,
По книге словно прочитали,
Достатком наделив таким,
Что вдоволь было бы троим
(По совести вам говоря,
Болтают часто люди зря).
— Ужасным грех им совершен!
Кем будет грешник обличен.
Тот поживится, и на славу! —
Так возвестил Робер, лукаво
При этом поглядев на всех.
Спросил епископ: — Что за грех?
— Он святотатец, бедуин!
Осла, но кличке Балдуин,
Б земле священном он зарыл! —
И, негодуя, возопил
Епископ: — Вечный срам и стыд
Тому, кто грех таком творит!
Сюда его без промедления!
Посмотрим, что на обвиненья
Паскудник сей ответить сможет.
Коль это верно. Бог поможет,
И пени я с него возьму.
— Поверьте слову моему,
Я вам всю правду доложил!
Да этот поп и вас не чтил. —
Попа позвали. Он на зов
Явился: отвечать готов
За свой поступок дерзновенный
И кару помести смиренно.
— О еретик, служитель зла!
Куда зарыли вы осла?!
Так церковь оскорбить бесстыдно?
Ума лишились вы, как видно.
Свершить такое преступленье —
Ослу устроить погребенье
Там, где людей почиет прах!
Клянусь святыми в небесах, —
Коль правду люди говорят
И эту гнусность подтвердят,
Я дел таких не потерплю,
В темницу бросить вас велю! —
А поп в ответ: — Известно нам —
Рта не завяжешь брехунам.
Но попрошу один лишь день я
У вас, отец, на размышленье:
Подумать надо мне о том,
Как отвечать перед судом.
— Даю на размышленье срок,
Но буду беспощадно строг,
Коль эти слухи справедливы.
— Ужель поверить им могли вы? —
С попом епископ расстается.
Шутить тут, видно, не придется,
Но не боится поп ничуть —
Уж вывернется как-нибудь:
Монет в мошне поповской хватит,
И мзду любую он заплатит.
Урочный день настал — и вот
Наш поп к епископу идет.
На суд принес в мошне с собой
Он двадцать ливров под полой —
Ему ведь нечего бояться,
Что может без гроша остаться!
Вошел в покой он, не смущаясь.
Епископ молвил, усмехаясь:
— Долгонько думали, отец...
Что скажете вы наконец?
— Владыко! Я обдумал все,
Но раздражение свое
Сдержать вам лучше, полагаю.
Я пререкаться не желаю
И говорю вам наперед:
Коли меня возмездье ждет,
Готов свободы я лишиться
Иль достояньем поплатиться. —
К попу, услышав речь такую,
Епискон подошел вплотную.
А поп ничуть не унывает
И скаредность позабывает:
В сутане пряча кошелек,
Чтоб увидать никто не мог,
Он речь свою повел украдкой:
— Все расскажу вам но порядку.
При мне осел весь век свой прожил.
И с ним богатство я умножил.
Служил он честно мне и славно.
Работал двадцать лет исправно;
В год двадцать су — свидетель Бог! —
Ослу платил я точно в срок.
Так двадцать ливров он скопил
И завещать их вам решил.
Дабы не знать мучений ада.
— Ждет в небесах его награда, —
Сказал епископ, — и прощенье
За все земные прегрешенья!

Теперь узнали вы о том,
Как дело сладилось с попом:
Епископ своего добился,
А поп почтенью научился.
Рютбёф вам скажет в назиданье:
Тому не страшно наказанье,
Кто с кошельком на суд пришел.
Христианином стал осел,
Пожав плоды щедрот своих.
На том я свой закончу стих.

Перевод С. Вышеславцевой