Берта — Большая Нога

Поэма "Берта Большеногая" (Berte as grans pies), являющаяся переработкой не сохранившейся поэмы второй половины XII в., относится к "Королевской жесте" и датируется второй половиной XIII в. (ок. 1270)1. Автор — трувер Адене-ле-Руа, написавший также поэмы "Отрочество Ожье", "Бев де Коммарши" и рыцарский роман "Клеомадес". Сохранился также не полный текст франко-итальянской переработки этого сюжета (начало XIV в.).

Поэма рассказывает о женитьбе франкского короля Пипина Короткого на Берте, дочери венгерского короля Флуара и его жены Бланшефлор (герои популярного одноименного романа). По приезде во Францию Берта оказывается подмененной дочерью служанки Маргисты, Алистой, выдавшей себя за венгерскую принцессу2; подлинная же Берта обвиняется в покушении на короля и изгоняется в лес (первоначально предполагали ее казнить). Там ее приютил отшельник Симон. Через некоторое время в Париж приезжает Бланшефлор, обнаруживает подмену, за что Маргисту казнят. Охотившийся в лесу Пипин встречает Берту, происходит узнавание, Берта возвращается ко двору и рожает сына Карла3.

***

Поэма о несправедливости франкского короля Пипина Короткого, отца Карла Великого, по отношению к своей молодой жене Берте сложилась в начале XII в. От текста поэмы сохранились небольшие разрозненные фрагменты. Во второй половине XIII в. сюжет обработал известный поэт того времени Адене-ле-Руа. Именно его поэму и переводил Мандельштам.

Перевод О. Э. Мандельштама
По изд.: О. Э. Мандельштам. Собрание сочинений в 2 т. М.: Художественная литература, 1990

 

<I>

В исходе апреля был ясный день,
Трава пробивалась, луг зеленел,
Деревцам хотелось листья надеть.
В эту пору, как известно мне,
В граде Париже был пятничный день.
Ради этой пятницы я решил
В Божий храм отправиться, в Сен-Дени4,
Там монах был вежливый — Савари.
Он, спасибо Богу, мне угодил:
Показал и дал мне прочесть из книг
Историю Берты, Пепина стих,
Как львиный прыжок мог произойти.
Темный писец и жонглер-ученик
Все переврали, не понять ни зги.
Там я до вторника остался жить,
Чтобы всю повесть с собой прихватить:
Как Берта в лес пошла одна бродить
И натерпелася страстей каких.
Так рифмы сплел, клянусь жизнью души,
Что непонятливый получит шиш,
Кто с пониманьем — отблагодарит.

<XXV>

Госпожа в лесу и плачет навзрыд.
Воют гиены, и рыкают львы,
Громы гремят, и молнии видны.
Дождь лил как из ведра, и ветер был.
Кличет святителей, Бога зовет:
«Сир, — говорит она, — я помню все,
От девы родились вы под звездой,
Три царя к вам пришли, спасется тот,
Кто в черный день назовет трех волхвов.
Тот, кто принес мирру, был Мельхиор,
Благовонье принес Гаспар, другой,
Третий был Бальтазар5, с золотом волхв,
На коленях слушали ваши слова.
Тут все несомненно, и, Божья власть,
Спаси бедняжку, что сойдет с ума».
Сказав молитву, закуталась в плащ
И, вручив себя Богу, в лес пошла.

<XXVIII>

В лесу бродит дама, чей страх велик,
Что мудреного, если сердце болит?

Кто знает, куда ведут?6
Налево, направо часто глядит.
И вперед, и назад — отдохнет миг,
Станет на месте, начнет нежный плач.
На голых коленках к земле припав,
Руки накрест, лежит на ложе трав,
И землю целуют ее уста.
Поднялась, тяжело вздохнула она,
Бланшефлор7 жалеет, царицу-мать.
«Если только бы знала, госпожа,
Как я мучусь — ты бы умерла!»
И к Создателю, руки протянув:
«Сир, с вашего трона вам видно.
Вы пошлите за мной в лесную глушь,
Ваша нежная мать меня сыщет пусть,
Чтобы моя плоть не досталась врагу».
Пальцы ломает, не жалеет рук,
Зовет Божью Мать, льнет к Богу-Отцу.

<XXXVIII>

Вечером даме — убогий ночлег:
Нет высокой спальни и крыши нет,
В головах нет подушки, негде лечь,
Нет дам — нет служанок, нет людей,
Нет ковра-одеяла, тело греть.
Разразилась слезами в темноте:8
«Ночь, ты длинна, я не верю тебе,
И все равно, когда настанет день,
Я опять заплутаю без путей:
Довольно причин волноваться мне.
Не миновать одной из трех вещей:
Или замерзну, иль жаждой умру,
Или меня до рассвета сожрут,
Хотя моя плоть — незавидный кус.
Сыну скажи, Божья Мать, своему,
Что с ним в беде совет держать хочу.
Мне одной, Госпожа, невмоготу».
На коленях целует земной луг:
«Святой Юлиан9, мне помощник будь».
Для «Отче наш» не пожалела уст.
На правый бок примостилась уснуть,
Крестом укрывается, льнет к Отцу.
Спит, вся в слезах, Бог спасет как-нибудь.

***

Дословный перевод двух фрагментов поэмы: прощание Берты с родителями и её пребывание в лесу.
Перевод Марины Лущенко

Molt fu Berte courtoise et plaine de franchise,
N'est nus qui la connoise qui forment ne la prise.
Le jour que ele dut sa voie avoir emprise,
S'est devant le roi Floire son pere a genous mise,
En plorant prent congie sans mal et sans faintise.
Blanche fu et vermeille et plaisans a devise,
N'ot plus bele pucele de la dusques en Pise.
Et de faire tout bien fu en grant couvoitise,
Si qu'a piece ne fust de nul meffait reprise;
Mais puis tu par la serve en la forest malmise,
Ainsi corn vous orres 1'estoire le devise.
Quant Berte ot pris congie a son pere au cuer vrai,
Forment li deu[t] li cuers, molt fu en grant esmai.
La gent de cele terre, ne vous en mentirai,
En plorerent torment, car vraiement le sai.
" Fille, " dist la royne, " je vous convoierai,
Sachiez, au plus avant que je onques porrai;
Margiste, vostre serve, avoec vous laisserai
Et Aliste sa fille, plus bele riens ne sai.
Pour ce que vous ressamble, asses plus chiere l'ai.
Et Tybert leur cousin avoec envoierai.
Bien savez que tous trois de servage getai
Et que de mes deniers chascun d'aus rachetai,
Et por ceste raison trop plus m'i fierai. "

Берта была учтивой и полной искренности.
Никто из знавших ее не мог не любить ее сильно.
В день, когда она должна была отправиться в путь,
Перед королем Флуаром, своим отцом, она встала на колени,
и плача откланялась, без злобы и притворства.
Она была белой и румяной и прекрасной как нельзя лучше;
не было более прекрасной девушки до (границ) Пизы.
Делать добро было ей очень приятно,
Так что никто никогда не делал ей упреков;
Но потом служанка сбила ее с пути в лесу,
Как вы услышите об этой истории в этом рассказе.
Когда Берта оставила своего отца, с верным сердцем,
Душа ее была печальна и сильно взволнована.
Люди этой страны, не буду вам лгать,
Пролили много слез; я это точно знаю.
"Дочь", сказала королева, "я буду сопровождать вас,
знайте, так далеко как смогу;
Маржисту, вашу служанку, с вами я оставлю
И ее дочь Алисту, прекраснее ее я не знаю;
Так как она походит на вас, она мне дорога;
И их кузена Тибера, с вами отправлю.
Вы хорошо знаете, что всех троих я вырвала из рабства
И выкупила каждого своими деньгами.
Поэтому я полностью доверяю им."

" Dame, " ce a dit Berte, " et je les amerai,
Ne de chose que j'aie jamais ne leur faurrai,
Trestoutes mes privances par lor conseil ferai;
Aliste, se je puis, tres bien marierai. "
" Fille, " dist la royne, " bon gre vous en sarai."
Un lundi par matin, por voir le vous dirai,
Orent Bertain montee seur un palefroi bai.
Des jornees qu'il firent trop ne vous conterai.
Par Sassonge s'en vinrent, par le due Nicholai;
La duchoise estoit suer Bertain; quant j'esgardai
L'estoire a Saint-Denis, tout ainsi Ie trouvai.
D'aprochier la besongne plus ne detrierai.
" Fille, " dist Blancheflor, " arriere m'en irai,
De par vous vostre pere foment saluerai;
Se bien ne vous prouvez, de la dolor morrai;
Cel anel de vo doit o moi enporterai,
En larmes et en plours souvent le baiserai. "
En plorant li dist Berte: " Dame, je le ferai. "

"Дама", ответила Берта, "я их буду любить
И я им не откажу ни в чем из того, что у меня есть,
Все личные дела я буду устраивать по их совету;
Алисту, если смогу, очень хорошо выдам замуж."
"Дочь", сказала королева, "я благодарна вам за это."
В понедельник утром, правдиво вам скажу,
Берту посадили на гнедого коня.
О днях путешествия не буду вам рассказывать.
Через Саксонию они приехали к герцогу Николаю,
А герцогиней была сестра Берты; когда я просматривал
Хроники Сен-Дени, я так это нашел.
Но возвращаюсь к рассказу.
"Дочь", сказала Бланшфлер, "я поеду назад,
От вашего имени я поприветствую вашего отца;
Если вы не будете счастливы, я умру от горя;
Кольцо, что на вашем пальце, я унесу с собой.
Со слезами и рыданьями я буду часто целовать его."
Плача, Берта ответила: "Дама, я дам вам его".

Berte prent l'anelet, qu'ele plus n'i delaie,
A sa mere Ie baille, molt pleure, molt s'esmaie.
" Fille, a Dieu vous conmant par cui li solaus raie;
Or vous faites amer gent letree et gent laie. "
- " Douce mere, " fait ele, " il m'est avis que j'aie
Parmi Ie cuer dou ventre d'un coutel une plaie.
" Fille, " dist la royne, " soiez joians et gaie:
Vous en ales en France, de ce mes cuers s'apaie,
K'en nul pays n'a gent plus douce ne plus vraie. "
Au departir chascune a plorer se rassaie;
Berte chay pasmee sor un drap noir corn saie.

Берта берет кольцо, не медля,
Отдает его матери; много плачет и волнуется.
"Дочь, я поручаю вас Богу, чьей милостью светит солнце;
Любите ученых людей и церковников."
"Милая мать", сказала Берта, "мне кажется, что
Я получаю рану ножом в сердце, что в груди."
"Дочь", сказала королева, "будьте радостной и веселой:
Вы уезжаете во Францию, поэтому мое сердце спокойно:
ни в одной стране нет людей более милых и искренних."
При расставании каждая вновь принимается плакать;
Берта падает в обморок на черную шерстяную простынь.

***

...Moult fu Berte dolente, mentir ne vous en quier.
Damedieu reclama. Le pere droiturier;
ne set ou on la mainne, ou avant ou arrier.
trestoutes leur journees ne vous vueil rehercier.
quant a 1'ostel venoient, en chambre ou en solier
metoit Tybers Bertain, n'i 1'assoit aprochier
nului, fors lui tout seui; Diex li doinst encombrier !
et quant il li donnoit a boivre n,'a mengier,
en son poing tenoit nu son brant fourbi d'acier,
pour ce que la vouloit telement esmaier
qu'ele ne desist mot ne que n'osast noisier.
de li ne se vouloit nule fois eslongnier;
puis remetoit la corde dedens sa bouche arrier,
puis li lioit les mains corn felon pautonnier,
enserrer la faisoit dusques a I'esclairier.
tout ainsi s'en alerent, sans menconge acointier,
bien cinq grandes jornees; n'i vorrent detriier,
tant k'en un bois s'en vinrent haut et grant et plenier;
c'ert la forest du Mans. ('ai oi tesmoignier.
lors se sont arreste desouz un olivier:
'seignor', ce dist Tybers, 'par le cors saint Richier,
de plus avant aler n'avons nous nul mestier.'
e cil li respondirent: 'bien fait a otroier.'
lors sont tout descendu a terre sor 1'erbier.
1'uns avoit nom Morant, torment fist a prisier,
e 1'autre Godefrois, li tiers ot non Renier.
la royne descendent: or li puist Diex aidier 1
onques mais de si pres nel porent maniier;
car Tybers n'i laissoit fors que lui atouchier.
Le drap deseur sa robe li font tost despoillier,
cote ot d'un blanc bliaut et mantel moult treschier.
quant si bele la voient, prennent a lermoier,
et Tybers li traitres prent s'espee a sachier.
'seignor', ce dist Tybers, 'or vous traiez arrier,
a un coup li ferai la teste trebuchier.'
quant Berte vit 1'espee, lors prent a souploier,
de paour va adenz sor la terre couchier;
lors commence la terre doucement a baisier.
sa grant mesaventure ne leur puet anoncier,
car la corde en la bouche ne la laisse raisnier.
'Tybert', ce dist Morans, 'garde, sor li ne tier !
car par eel saint seignor qui tout a a baillier,
ja verroies tes menbres et ta teste trenchier,
se ja mais ne devoie en France repairier.'
Cel jour fist moult lait tans et de froide maniere
et Berte gist adens par deseur la bruiere.
paour a de Tybert que il sor li ne fiere;
nostre dame reclaime, la dame droituriere.
'seignor', ce dist Morans, 'pensee aroit laniere,
qui si bele pucele mousterroit laide chiere.'
'par Dieu', ce dist Tybers, ' vis m'est que il aflere
que nous 1'oci'ons tost, puis retornons arriere:
car je 1'oi en couvent Margiste, que j'ai chiere.'
'Tybert', ce dist Morans, 'dur cuer as comme piere.
se tu li fais nul mal, par 1'apostre saint Piere,
ne te gariroit mie tous li ors de Baiviere,
que cist bois ne te soit a tous jours mais litiere.'

...Берта очень страдает, не буду вам лгать.
Она молится Богу, Отцу справедливости;
Она не знает куда ее везут, вперед ли назад ли.
Но все их дни я вам не хочу рассказывать.
На каждой остановке в комнате или на чердаке
Тиберт закрывает Берту, никто не может подойти к ней,
Кроме него одного; будь он проклят!
А когда он дает ей пить или есть,
В кулаке он держит меч, яркой стали,
для того, чтобы так ее испугать,
Что она не посмеет сказать ни слова или шуметь.
Он никогда не отдаляется от нее;
Потом снова вставляет кляп ей в рот
И связывает ей руки, будто она преступница.
Она остается одна до рассвета.
Так они идут, не лгу,
Целых пять дней; они не хотят останавливаться,
Но вот они приходят в лес, высокий, большой и дремучий.
Это лес Ман, как сообщают хроники.
Тогда они останавливаются под оливковым деревой:
"Господа", говорит Тибер, "клянусь телом св. Рикье,
нам можно больше не идти дальше".
Его люди отвечают: "Ты прав".
Тогда они спешиваются на землю, на траву.
Одного зовут Моран, очень достойный человек,
Второго Годфруа, третьего зовут Ренье.
Они снимают королеву (с коня): да поможет ей Бог!
Трое слуг не могут приблизиться к ней,
Так как только Тибер позволяет себе касаться ее.
Они снимают с нее покрывала, что было поверх платья,
На ней были белое платье и дорогой плащ.
Увидев такую красавицу, они принимаются плакать.
Но предатель Тибер, выхватя меч, закричал:
"Господа, отойдите назад,
Одним ударом я ей снесу голову."
Когда Берта видит меч, она начинает умолять,
И от страха падает на землю
И начинает целовать нежно землю,
Так как не может сказать и слова о своей беде,
Ведь кляп не дает ей говорить.
"Тибер", воскликнул Моран, "стой, не ударяй!
Клянусь святым Господом всемогущим,
Я скорее тебе отрублю члены и голову,
Даже если я никогда не смогу вернуться во Францию"!
В этот ден было очень пасмурно и холодно,
А Берта лежит раздетая на вереске.
Она боится, что Тибер ударит ее своим мечом
И молится Деве, Царице справедливости.
"Господин", сказал, "был бы жестоким тот,
кто смог бы изуродовать такую красивую девушку".
"Клянусь Богом", сказал, "думаю, нам надо
убить ее поскорее, а потом возвращаться:
я так пообещал Маржисте, а я люблю ее".
"Тибер", сказал Моран, "твое сердце тверже камня.
Если ты ей сделаешь хоть малейшее зло, клянусь св. Петром,
все золото Баварии не помешает мне
Сделать этот лес навсегда твоей могилой".

Moult ot Tybers li lerres le cuer trescorroucie,
quant de tuer Bertain ne li ont otriie.
neporquant a li fel Ie brant fourbi sachie,
et li troi serjant 1'ont par les flans enbracie,
si qu'il 1'ont centre terre par force agenoillie:
chascuns a trait s'espee, plus n'i ont atargie.
entruesque li doi tienent Tybert le renoie,
la desloie Morans, qui en ot grant pitie,
le loien de la bouche n'i a il pas laissie.
'bele, fuiez vous ent, n'i ait plus detriie !
Damediex vous conduise par sa douce amistie !'
Berte s'en va fuiant. Le cuer ot esmaie,
car bien cuidoit sans faille avoir le chief trenchie.
en la forest s'en fuit, moult a Dieu graciie.
ainsi eschapa Berte Tybert sans son congie.
quant Tybers 1'a veu, moult ot le cuer irie.
'seignor', ce dist Tybers, 'mal avez esploitie;
trestous vous ferai pendre, quant serez repairie'.

У мошенника Тибера сердце наполнилось яростью
Из-за того, что ему не дали убить Берту.
Несмотря на (угрозу) Морана, он вытащил начищенный меч;
но вот трое слуг схватывают его за бока
и силой ставят его на колени;
Каждый вытащил свой меч, не медля больше.
В руках они держат ренегата Тибера;
Берту развязывет пожалевший ее Моран
И вынимает кляп изо рта.
"Красавица, бегите отсюда как можно быстрее!
Да ведет вас милость Господня!"
Берта убегает с сердцем полным страха,
Так как была уверена, что ей отрежут голову.
Она убегает в лес, благодаря Бога.
Так Берта избежала Тибера, против его воли.
Когда Тибер увидел это, он страшно разгневался.
"Господа", сказал он, "вы совершили ошибку;
всех троих я повешу, как только вернемся."

Cel jour fist moult lait tans, car il plut et espart.
Berte s'en va fuiant par delez un essart;
tant fuit que de li perdent li serjant le regart.
'seignor', ce dist Morans, 'si ait Diex en moi part,
que nous fesimes moult que fol et que musart,
que pour faire tel murdre venimes ceste part.
bien samble gentill femme et sans nul mauvais art;
Damediex la conduise et la praigne a sa part.
en ceste forest a maint ours et maint liepart,
qui mengie 1'aront, ne demorra pas tart.
esploitie en avons com felon et renart:
de duel et de pitie trestous li cuers m'en art.'
a cest mot remonterent, chascuns de la se part.

В этот день стояла плохая погода: дождь и гром.
Берта убегает по пашне;
Она бежит так быстро, что слуги скоро не видят ее.
"Господа", сказал Моран, "да поможет мне Бог.
Какими мы были дураками и простофилями,
Придя совершить убийство в это место.
Эта женщина мне кажется милой и незлой;
Пусть ведет ее Бог и возьмет под свою защиту.
В этом лесу много медведей и леопардов,
Который могут скоро сожрать ее.
Мы поступили с ней как преступники, как лисы:
У меня разрывается сердце от скорби и жалости."
После этих слов все садятся верхом и уезжают.

En la forest fu Berte repuse entre buissons.
Damediex la consaut et ses saintismes nons !
de li ici endroit a parler vous lairons:
quant tans et lieus en iert, ici Ie reprendrons.
li serjant s'en repairent, n'i font arrestoisons:
'seignor', ce dist Morans, 'savez que nous ferons ?
je lo que nous Ie cuer d'un pourcel en portons;
a ma dame Margiste si Ie presenterons:
par iceste maniere bien nous escuserons;
et si savez bien tuit, k'en couvent li avons
que Ie cuer de celi raporter li devons.'
'Tybert', ce dist Morans, 'si m'ait Sains Symons !
se vous ne 1'otriiez, tantost vous ocirons.'
'seignor', ce dist Tybers, 'cist consaus est moult
bons,
puis qu'ele est eschapee, au meillor nous tenons.
plus dout que vous ne faites, ne le vous celerons,
que nous de ceste chose acuse ne soions.'
chascuns 1'a fiancie, cours en fu li sermons.
en iceste matere plus ne detrierons;
trestout ainsi le firent con ci vous devisons.

Берта углубляется в чащу леса.
Да защитит ее Бог и его святые имена!
На мгновение оставим ее.
В свое время и место мы вернемся к ней.
Слуги торопятся вернуться (в Париж).
"Господа", сказал Моран, "знаете, что мы сделаем?
Мы принесем сердце свиньи
и покажем его госпоже Маржисте:
этим мы избежим всяких подозрений;
вы же все знаете, что мы пообещали
принести ей сердце Берты."
"Тибер", продолжает Моран, "клянусь св. Симоном!
Если вы не согласитесь, мы вас тут же убьем."
"Господа", сказал Тибер, "этот совет очень хорош.
Так как она убежала, сделает что можно.
Не бойтесь ничего, мы всё скроем,
Чтобы не быть обвиненными в том, что случилось."
Каждый поклялся (хранить тайну), краткой была их клятва.
Не будем останавливаться на это;
Достаточно, что они сделали так, как я это описал.

A Paris sont venu, ne vous en mentirons.
grant joie en ot la vielle; quant oy lor raisons.
'dame', ce dist Tybers, 'nous vous en raportons
le cuer, vez Ie vous ci, present vous en faisons.
la pucele avons morte, pour voir Ie vous disons'.
'seignor', ce dist la vielle, 'bien le desservirons;
n'avoit si male garce, tant con dure li mons.'

Они приехали в Париж, я вам не лгу.
Старуха (Маржиста) обрадовалась тому, что они рассказали.
"Дама", сказал Тибер, "мы вас отдаем сердце
Берты, вот оно, мы его вам дарим.
Мы убили девушку, клянусь вам."
"Господин", сказала старуха", "я вознагражу вас.
Берта была последней сукой, какую только знал мир."

Li troi serjant s'en vont, nus n'en est arrestus.
a leur ostel s'en vienent, chascuns est descendus,
et Tybers et la vielle sont iluec remasus.
a la fausse royne vont ensamble la sus.
grant joie a de Tybert qui estoit revenus,
'dame', ce dist Tybers, 'grans biens vous est creus;
Bertain avons ocise a nos brans esmolus.'
'Tybert', ce dist Aliste, 'loez en soit Jhesus !
bien avez desservi que vous soiez mes drus.'
ainsi fu de la vielle liement respondus
Tybers, car de grant joie fu ses cuers esmeus.
ainc de tel trayson n'oy mes parler nus,
puis que de Judas fu nostre sire vendus.
Damediex, qui en crois fu pour nous estendus,
doinst k'encor leur en soit li guerredons rendus !

Трое слуг уходят, не останавливаясь,
Приходят домой и остаются там,
А Тибер остался со старухой.
Вместе они идут к ложной королеве.
Она радуется, что Тибер вернулся.
"Дама", сказал Тибер, "вам очень повезло;
мы убили Берту острыми мечами."
"Тибер", сказала Алиста", "хвала Иисусу!
Вы заслужили быть моим любовником."
И старуха соглашается,
Так как ее сердце было взволновано радостью.
Никогда о таком предательстве не слышал народ,
С тех пор как Иуда продал нашего Господа.
Пусть Бог, которого ради нас распяли на кресте,
Даст им достойное наказание!

Bien ot li rois Pepin les Hongrois receus
et riches dons dounes et noblement veus;
tant font qu'en lor pays est chascuns revenus,
Floire et Blancheflour font de par Pepin salus
et de par 1'orde serve, ses cors soit confondus !
d'aus lairai a parler, n'en dirai ore plus:
a Bertain revenrai, qu'el bois, qui ert ramus,
ert a moult grant meschief, ses cuers ert esperdus,
souvent reclaime Dieu et ses saintes vertus.
ne sot quel part aler, tous jours se trait ensus
dou lieu ou laissie 1'ot Tybers li mescreus.

А король Пиппин хорошо принял венгров
И дал им богатые подарки и благородно обошелся с ними.
Затем они вернулись в свою страну.
Флуар и Бланшефлер передали привет
Пиппину и служанке (Маржисте), да будет она опозорена!
Но я не буду больше говорить об этих предателях:
к Берте вернусь, оставшейся в дремучем лесу;
ей очень горестно, ее сердце обезумело.
Часто она взывает к Богу и его силе.
Она не знает куда идти и все время
Возвращается к месту, где ее оставил злодей Тибер.

La dame fu el bois, qui durement plora,
s'oy les leus uller et li huans hua.
il esclaire foment et roidement tonna
et pluet menuement et gressille et venta.
c'est hideus tans a dame qui conpaig.nie.n'a.
Damedieu et ses sains doucement reclama:
'ha ! sire Diex', fait ele, 'voirs est k'ainsi ala:
de virge nasquesistes; quant 1'estoile leva,
li troi roi vous requisent; ja nus hom ne sera
le jour desconseilliez qu'il les reclamera.
Melcior ot non cil qui le mirre porta,
Jaspar ot non li autres qui 1'encens vous douna,
et Baltazar li tiers qui 1'or vous presenta.
sire, vous les presistes, chascuns s'agenoilla.
si voir con ce fu, Diex, ne menconge n'i a,
si garis ceste lasse, qui ja se dervera.'
quant ot fait sa proiere, son mantel escourca,
a Dieu s'est commandee, aval le bois s'en va.

Берта была в лесу и долго плакала;
Она слышит вой волков и крики сов.
Сверкает молния и гремит гром;
Идет дождь, град, дует ветер.
Какая ужасная погода для дамы без сопровождения.
Берта кротко взывает к Богу и святым:
"Ах! Боже!" говорит она, "ведь правда,
что вы родились от девы? Когда взошла звезда,
вас искали три волхва. Вы никогда не оставите
в беде человека, который взывает к ним.
Того, кто нес мирру, звали Мельхиор,
Того, кто вам дам ладан, Гаспар,
А третьего, кто дал вам золото, Бальтазар.
Боже, вы приняли дары коленопреклонных людей.
Если это правда, Боже, и в этом нет лжи,
Помогите мне, несчастной, готовой сойти с ума."
Закончив молитву, Берта берет свой плащ,
Поручает себя Богу и идет через лес.

  • 1. Эта куртуазная версия легенды с идеализированными персонажами оказалась наиболее влиятельной в дальнейшем.
  • 2. Маргиста убеждает Берту, что Пиппин хочет убить ее в первую же брачную ночь. Алиста, как две капли воды похожая на Берту, занимает ее место и при первой же возможности предает свою хозяйку.
  • 3. Михайлов А. Д. Французский героический эпос. Вопросы поэтики и стилистики
  • 4. Сен-Дени — пригород Парижа, где находится знаменитый собор с захоронениями многих французских королей.
  • 5. Мельхиор, Гаспар, Бальтазар — волхвы, поклонявшиеся только что родившемуся Христу.
  • 6. Кто знает, куда ведут? — В оригинале сказано несколько иначе: «Как у той, что не знает, куда должна идти».
  • 7. Бланшефлор — согласно легендам, легшим в основу поэмы, мать Берты.
  • 8. Разразилась слезами в темноте... — Перевод очень приблизителен; в оригинале сказано: «Обратилась к Богу, справедливому Отцу».
  • 9. Святой Юлиан — католический святой, считавшийся покровителем странников.