Роман о Тристане (XIII в., перевод Ю. Н. Стефанова)

Французский прозаический "Роман о Тристане", возникший ок. 1230 г., дошел до нас более, чем в 75 рукописях (в том числе рукопись Государственной Публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина, входившая ранее в коллекцию П. П. Дубровского). Одна из рукописей, относящаяся к XV в., легла в основу первого печатного издания романа (1489). По различным рукописям были в разное время опубликованы отдельные фрагменты книги и ее подробное изложение. По этим фрагментарным публикациям был сделан и русский перевод нескольких глав романа. Р. Кюртис предприняла издание наиболее авторитетной рукописи второй половины XIII в. (Carpentras 404). См.: R. Curtis. Le Roman de Tristan en prose. Mimchen, 1963. По этому изданию и сделан наш перевод.

Перевод со старофранцузского Ю. Н. Стефанова

 

После того, как я многократно прочел и перечел большую латинскую книгу1, в которой внятно изложена история о Святом Граале, весьма диковинным мне показалось, что никому до меня не пришло на ум переложить ее с латинского языка на французский. А ведь история эта такова, что ее охотно послушал бы всяк, бедный и богатый, ибо кому не хочется узнать и проведать о деяниях славных и достопамятных, что вершились в Британии во времена короля Артура и раньше, как о том истинная история о Святом Граале2 повествует и свидетельствует.

И увидев, что никто не отважился взяться за это дело, по великой его многотрудности и многосложности, ибо весьма пространна эта история и диковинна, я, Люс3, рыцарь и владелец замка дель Гат, что неподалеку от Солсбери, решил перевести ее к пользе и удовольствию всего рыцарства и осмелился на это не потому, что много разумею во французском, ибо по языку и речи я скорее англичанин, чем француз, как и пристало тому, кто родом из Англии, но потому, что была моя воля и мое хотение перевести эту историю на французский язык, не ища в ней вымыслов, а стремясь показать свою правду и открыто всем поведать, что говорится в ней о храбрейшем рыцаре Тристане, равных коему не было в королевстве британском ни до короля Артура, ни после, кроме разве что славнейшего рыцаря Ланселота Озерного. И в латинской истории о Святом Граале ясно говорится, что во времена короля Артура было всего три добрых рыцаря, весьма чтимых всем рыцарством: Галаад4, Ланселот и Тристан. И о них эта книга поминает чаще, чем обо всех остальных, и больше их хвалит, и больше говорит о них доброго. И поскольку мне доподлинно известно, что так оно и было, я хочу начать здесь свою книгу о сеньере Тристане и рассказать о нем всю правду5.

222. Так переходило от наследника к наследнику королевство Корнуэльс, пока не взошел на престол король по имени Феликс; был он лукав и недобр, и так худо обходился со своими баронами, что в конце концов стал оскорблять их даже в главной церкви Норхольта6.

У короля Феликса было два сына и четыре дочери. Одного из сыновей при крещении нарекли Марком, ибо родился он во вторник и в месяце марте7. Король Феликс умер, и жена его тоже, но, почуяв предсмертные муки, передал он корону Корнуэльса сыну своему Марку. И народ Корнуэльса весьма был доволен новым владыкой.

223. Когда был он таким образом коронован, случилось, что король Леонуа, добрый рыцарь, преданный богу и милостивый к людям, взял в жены одну из его сестер, старшую, по имени Элиабель8; а короля звали Мелиадук9. Эта Элиабель была, поистине, красоты несравненной. Король полюбил ее такой великой любовью, какой не любил ни других, ни себя самого. Но сильно печалились они оттого, что бог не посылал им наследника. Как мне вам о том поведать? Немало времени прожили они вместе, прежде чем королева понесла. А когда понесла, народ Леонуа о том проведал и возрадовался великой радостью.

224. Однажды король Мелиадук отправился на охоту и взял с собой большую свиту. И когда он охотился, повстречал девицу, что жила в том краю и любила короля такой великой любовью, какой не любила никого, кроме него; и была она, поистине, весьма хороша собой. И ездила она по лесу и разыскивала короля Мелиадука, желая с ним поговорить. И вот смотрит она и видит, что король сошел с коня возле источника ради рыцаря, которого она умертвила.

И увидев короля, подходит она к нему, и, подойдя, приветствует его, а он ее. И заводит она речь и говорит: "Король, - говорит эта девица, - много доброго слышала я о тебе. И коли ты впрямь так мудр, как о тебе идет молва, и если станет у тебя храбрости следовать за мной, я этой же ночью покажу тебе такие чудеса, каких ты никогда не видывал". Король, который был многомудр в сердце своем и которому весьма захотелось увидеть эти чудеса, отвечает: "Я охотно взглянул бы на них"."Я покажу вам их", - молвит она. И тогда король садится на коня и говорит: "Поезжай ты вперед, а я за тобой". И девица поехала и свернула в сторону с дорог и тропинок.

225. Когда они таким образом немного проехали и проплутали, настала ночь, и еще немного проплутав, подъехали они к башне, что стояла на вершине скалы. Девица направилась прямо к башне, а король за ней. И когда сошли они с коней, их радостно встретили слуги, ибо эта башня принадлежала девице. И девица говорит королю, чтобы он отстегнул меч, и тот отстегнул его. И вот она ведет короля в один из покоев, красивый и прекрасный и с великим тщанием убранный. И когда он попал туда, сердце его и желания разом переменились, так что он уже не помышлял ни о чем на свете, кроме той, что была перед ним. И да будет вам ведомо, что был он так околдован, что не помнил ни о жене, которая у него была, ни о земле, ни о земных делах, а лишь о той, что взяла его в полон.

И таким образом, как я вам рассказываю, остался король с этой девицей и так влюбился в нее, что забыл и самого себя и все на свете. А его слуги, увидев, что он не вернулся в замок, принялись повсюду его разыскивать и искали до тех пор, пока не выбились из сил, но сколько ни ездили, не смогли ничего ни услышать о нем, ни узнать. И вернулись в замок в великой печали и сокрушении, не зная, что и подумать об атом деле и что о нем помыслить; и некоторые полагали, что король был предательски убит.

226. Королева Элиабель, любившая своего господина так сильно, как ни одна жена не любила своего мужа, увидев, что он запаздывает, и узнав, что он отстал от свиты в лесу, и что нет о нем никаких вестей, сказала одной из своих служанок, что сама поедет его разыскивать, и просила, чтобы никто в замке о том не прослышал.

Как она сказала, так и сделала, ибо на следующее же утро пустилась в путь, а служанка за ней. И вот добралась она до леса и принялась искать там своего мужа. И когда она ехала, разыскивая его таким образом, повстречался ей волшебник Мерлин10, который спустился со скалы и шел один среди леса.

227. И, увидев королеву, он подходит к ней и приветствует ее. И королева, решив, что перед ней лесник, ни мало не медля, отвечает на его приветствие и вопрошает его голосом жалобнейшим и печальнейшим: "О лесник, нет ли у тебя вестей или новостей о господине моем, короле Мелиадуке, что пропал в этом лесу, и никто не ведает, по какой причине?" - "Госпожа моя, - отвечает Мерлин, - что пропало, того не вернешь. Однако супруг ваш сыщется". - "Ах, друг мой, - молвит королева, - если есть у вас вести о нем, поведайте их мне и скажите, жив ли он". - "Госпожа моя, - отвечает Мерлин, - поистине говорю я вам, что жив он и здоров, и весел сердцем, как никто из людей. Но истинно также, что никогда больше вам его не увидеть".

С этими словами он повернулся и в мгновение ока исчез, так что не успела понять королева, что с ним сталось. И тогда закручинилась она из-за услышанных от него вестей, и так возросла и усилилась ее кручина, что не может она ехать дальше, а сходит наземь меж двух дерев в месте весьма глухом и диком.

228. И вот плачет она и тоскует, и ломает руки, и кручинится, и проклинает час, в который была рождена, и час, когда услышала, что не видеть ей больше своего господина. И так сокрушается королева, и так она убивается, что настигают ее родовые муки, ибо она была уже на сносях.

И когда начались у нее боли, она сказала о том своей служанке. И та плачет от жалости к ней и говорит: "Госпожа моя, неужто нет у вас сил доехать до города?" - "Нет, - отвечает королева, - видно здесь надлежит мне дожидаться разрешения от бремени". И тогда начинает она кричать громким голосом и призывает господа и Пречистую Деву. И становится ей так худо и тяжко, как если бы она умирала. И служанка видит, как ей худо, и сама чуть не умирает от печали и оттого, что не может ей помочь.

229. Весь день и всю ночь промучилась королева. И наутро, когда занялась заря, разрешилась сыном, как было угодно господу богу. И так она исстрадалась, что почувствовала, что должна умереть. И молвит служанке, державшей ребенка: "Покажи его мне". И та показала. И королева берет его на руки и видит, что не бывало еще на свете ребенка краше ее сына. "Сын мой, - говорит королева, - сильно мне хотелось увидеть тебя. И вот, благодарение богу, вижу прекраснейшее создание, когда-либо выношенное женщиной. Но мало мне радости от твоей красоты, ибо самд смерть покажется мне сладкой после тех мук, что я ради тебя испытала. В печали я тебя родила, печально твое появление на свет, и первая моя радость после родов обернулась горем и печалью. И раз ты появился на свет от печали, печальным будет твое имя; в знак печали я нарекаю тебя Тристаном. Дай-то бог, чтобы жизнь принесла тебе больше удачи и радости, чем принесло рожденье". С этими словами она поцеловала сына, и тогда изошла ее душа из тела, ибо умерла она от тех мук и тягот, о коих я вам говорил.

Таким образом, как я вам поведал, и был рожден Тристан, прекрасный и добрый рыцарь, которому потом пришлось вынести столько горя и мук из-за любви к госпоже Изольде. И повесть, которую мы вам о нем рассказываем, столь прекрасна и сладостна, что непременно должен ее услышать всякий благородный и высокородный муж, любящий любовь.

230. А служанка, увидев, что госпожа ее умерла, опечалилась неслыханно великой печалью; и вот стонет она и рыдает, да так громко, что вопли ее разносятся из конца в конец по всему лесу. И там, где печалилась она таким образом, как я вам рассказываю, случилось в ту пору проезжать двум рыцарям Леонуа, близким родичам короля Мелиадука; и ехали они лесом, разыскивая короля. И когда нашли они госпожу свою бездыханной и увидели ребенка, что лежал на земле, завернутый в ее плащ, то сошли с коней, и молвит один другому: "Королева умерла, а король пропал; и нечего нам бояться, что он вернется. А если бы еще умер этот ребенок, то королевство досталось бы нам по праву, ибо мы - ближайшие родственники короля. Убьем же ребенка, чтобы завладеть страной". - "Смилуйтесь, смилуйтесь бога ради! - закричала служанка. - Не убивайте его, а отдайте мне, и клянусь вам спасением души, я немедля скрою его в таком месте, где никто никогда о нем не услышит. Сделайте так во имя господне и во имя милосердия, ибо если вы убьете его, это будет поистине величайшим злодейством и величайшим бесчестьем, невиданным в наше время".

231. Так умоляла рыцарей служанка, и обещали они ей оставить его в живых, если только она поклянется им скрыть его в таком месте, где никто никогда о нем не услышит. Тогда взяли они королеву и отвезли ее в город, и показали народу, и сказали, что нашли ее мертвой в лесу.

И придворные дамы, которым доподлинно было известно, что, отправляясь туда, королева была на сносях, видят, что она разрешилась от бремени и умерла в родах. И говорят рыцарям: "Вы должны были привезти ребенка живым или мертвым". А те отвечают, что знать об этом не знают и ведать не ведают. И старейшины той страны говорят им: "Добрые господа, вам надлежит вернуть наследника". А придворные дамы переговариваются между собой: "Либо у этих двух рыцарей наследник, либо у той девушки, что пошла с королевой".

232. И не успели они это сказать, как вдруг, откуда ни возьмись, появился среди них Мерлин и молвит им: "Эти два рыцаря достойны смерти. Схватите их, и я поведаю вам про их вероломство, и какую службу они сослужили". И начинает рассказывать, как хотели они убить ребенка, чтобы завладеть страной, и как оставили его в живых по просьбе служанки. Все их речи передал Мерлин слово в слово. И услышав свои собственные речи из его уст, были они так изумлены, что не знали, что и сказать, а только признались во всем и подтвердили, что так оно и было. И тотчас же были схвачены и брошены в темницу. И все единодушно решили, что выйдут они из нее не раньше, чем отыщется ребенок, живой и невредимый.

233. И молвит Мерлин баронам Леонуа: "А еще я открою вам, как найти короля. Отправляйтесь в лес и ступайте прямо к Корнуэльской скале. Там вы найдете короля Мелиадука, который так околдован, что не помнит ни о вас, ни о ком другом, а забыл про все на свете и все выкинул из сердца. И все это из-за одной девицы, что владеет тем местом и любит короля так, как никого другого. Схватите ее и заставьте снять с него чары, тогда король придет в себя. А потом убейте эту девицу, иначе околдует она его снова, как околдовала теперь".

А бароны вопрошают Мерлина: "Сир, кто вы такой и откуда все это вам ведомо?" - "Я чужестранец, - отвечает он, - но не обо мне ваша забота, а о моих словах: делайте то, что я вам сказал, не ради моего, а ради вашего собственного блага". И они обещали, что сделают. И все-таки им хотелось узнать, кто он таков. Но так ничего и не узнали, ибо не пожелал он им открыться.

234. И когда они всем множеством, с оружием и без оружия, отправились к той башне, о которой им было поведано, Мерлин молвил: "Радуйтесь, ибо наутро увидите вы своего господина". Потом подозвал к себе оруженосца из тех, что там были, рассудительнейшего и храбрейшего; и был он валлиец знатного рода, но из-за своего брата, которого он убил, пришлось ему бежать за море, ибо опасался он мести. Оруженосец этот был так пригож, так смел и так во всем сведущ, что любили его все, кто его знал, кроме тех, кто ненавидел его из зависти; и звали этого оруженосца Горвеналом.

235. Мерлин, знавший его лучше, чем любой из тех, кто там был, повел такую речь, подозвавши его к себе: "Друг мой, - молвил он, - будь я уверен, что станешь ты беречь, как зеницу ока, наследника Леонуа, которого, как ты слышал, требуют с двух рыцарей, брошенных в темницу, да так, чтобы в детстве не приключилось с ним никакой беды по твоей оплошности, я бы вверил его тебе".

Услышав эти слова, Горвенал ответил Мерлину: "Не знаю, кто вы такой, но кто бы вы ни были, вверьте мне этого ребенка, и я сделаю все, что могу, чтобы уберечь его от всяческих напастей, и нечего ему будет бояться беды, пока буду я с ним". - "Я вверяю его тебе, - сказал Мерлин, - смотри же, храни его, как зеницу ока".

236. Тут покинули они это место и на следующий день рано утром подъехали к источнику, что звался Бесплодным, ибо, поистине, ни одна женщина, напившись из него, уже не могла понести; потому его и назвали Бесплодным.

Возле этого источника лежала мраморная плита, и поверх нее в давние времена высечена была надпись, гласившая: "Съедутся сюда трое добрых рыцарей. У этого источника соберутся они и станут держать совет о Гордом Звере". А потом шла надпись, гласившая: "Галаад, Ланселот, Тристан". Тут Мерлин идет к источнику и подходит к плите и показывает надпись Горвеналу и молвит ему: "Видишь эту надпись?" И тот отвечает: "Вижу, и преотлично, только невдомек мне, кто те трое добрых рыцарей, о которых здесь говорится" - "Это будут, - говорит Мерлин, - храбрейшие рыцари на свете, столь искусные в ратном деле, что молва о них пройдет по всей земле, и не напрасно, ибо подвиги их превзойдут их славу. И знай, что наследник Леонуа, которого ты воспитаешь, будет одним из них. Береги же его, чтобы не погиб он по твоей вине". И тот клянется исполнить все, что обещал.

237. Тут поехали они прочь от источника и ехали до тех пор, пока не повстречали служанку, что хранила ребенка. И она уже окрестила его и нарекла тем именем, что ей заповедала королева. Мерлин молвил служанке: "Отнеси этого ребенка в город Альбину11", ибо не пристало тебе держать его у себя; и не успеешь ты прийти туда, как отец его уже будет там". Та испугалась и ужаснулась, что ее убьют, если захочет она удержать при себе ребенка силой. И взяла его и отнесла в город Альбину и отдала королю, который уже прибыл туда; и сильно печалился он о том, что не нашел королеву в живых. Но когда увидел ребенка, отлегло у него от сердца, ибо почитал он его пропавшим.

238. Увидев Мерлина, люди той страны говорят королю: "Сир, мы отыскали вас благодаря ему. Если б не он, вовеки бы нам больше не увидеться". - "Король, - молвит Мерлин, - знайте, что это доброе дело я сделал не столько ради вас, сколько ради вашего сына. Но ради вашего же блага и вашей чести надлежит вам беречь его, ибо говорю я вам, что ему еще предстоят великие дела".

Удивившись тому, что Мерлин говорит с ним так уверенно, король восхотел проведать, кто бы это мог быть. И отводит его в сторону и умоляет именем господним открыть ему, кто он такой. И молвит ему Мерлин: "Я скажу тебе, кто я такой. Я тот, кого зовут прорицателем Мерлином. И пришел я к тебе ради твоей великой нужды, чтобы вызволить тебя из позорного плена, в который ты попал, околдованный этой девицей. Но сделал я это не столько из любви к тебе, сколько из любви к твоему сыну, который весьма мне люб". - "Тогда скажи мне, Мерлин, добрый друг мой, - говорит король, - что ты думаешь о моем сыне? Выйдет ли из него когда-нибудь толк?" - "Да, - отвечает Мерлин, - он станет одним из славнейших рыцарей на свете. Весь свой род превзойдет он в рыцарской доблести, но много выпадет на его долю мук и тягот. Прикажите же о нем позаботиться, ибо он еще нуждается в попечении верного человека, и смотрите, чтобы не было у него другого наставника, кроме Горвенала Уэльского". И король обещает сделать все так, как ему было сказано.

239. Тогда Мерлин покинул короля, сколько тот ни упрашивал его остаться. И король подходит к ребенку и спрашивает, принял ли он крещение. "Да, сир, - отвечает служанка, - его зовут Тристаном. Этим именем нарекла его мать, когда умирала, и от нее у него такое имя". И король зовет к себе Горвенала и говорит ему: "Горвенал! Возьми сына моего Тристана и береги его всю свою жизнь, как зеницу ока". И тот взял его и берег всю свою жизнь, как зеницу ока, так что никто не мог его ни в чем упрекнуть. И приказал он отыскать кормилицу, чтобы поить его и кормить той пищей, что пристала такому ребенку. Но здесь время оставить рассказ о Тристане и короле Мелиадуке, его отце, и рассказать о короле Марке, как и каким образом и с каким коварством убил он у Львиного источника брата своего Пернегана12.. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .

244. И гласят предания, что после смерти королевы Элиабель долго оставался король Мелиадук без жены. А когда решил жениться, то взял в жены дочь бретонского короля Хоэля13. Была она весьма хороша собой, но завистлива, коварна и ветрена, как никто. И с первого же года замужества стала изменять своему супругу.

К тому времени Тристану исполнилось уже семь лет, и был он так пригож, что какая из дам на него ни взглянет, так и скажет, что краше его нет никого на свете. Какими словами описать вам его красоту и как о ней поведать? Скажу кратко: был он так прекрасен лицом и телом, что на всем свете в то время не сыскалось бы отрока, что сравнился бы с ним в красоте, кроме разве что Ланселота Озерного. Они, поистине, превзошли красотой всех остальных; а рыцарственность их была такова, что о том надлежит знать любому благородному мужу.

245. Видя, что Тристан подрос и похорошел, и что каждый любуется им, мачеха его не знает, что ей делать и как быть, ибо у нее есть от короля годовалый ребенок; и рассудила она, что Тристан не потерпит, чтобы страной владел его брат, и лишит его наследства. И поэтому замыслила она погубить Тристана любой ценой, как только представится ей случай. Но не знала, как ей это сделать, разве что отравить его.

246. На том она и остановилась и решила извести его ядом, ибо это такая вещь, от которой трудно уберечься. В то время как она о том размышляла и думала, как бы ей довести это дело до конца, и уже приготовила яд в серебряном кувшинчике и спрятала его в изголовье постели и ждала только, когда Тристан заглянет к ней в опочивальню, случилось так, что зашла туда служанка, держа на руках маленького королевича. Было жарко, и младенец стал плакать от мучившей его жажды. И не было там никого из кормилиц, ибо спали они в своих покоях.

Увидев, что он изнывает от жары и жажды, принялась она шарить по всей опочивальне, не отыщется ли там воды, чтобы дать ему. И когда искала она ее там и сям, попался ей серебряный кувшинчик с каким-то питьем; и знайте, что питье это было столь искусно приготовлено, что и вам показалось бы холодной и чистой ключевой водой. Служанка взяла кувшинчик и дала испить младенцу. И едва он отпил из него глоток, как нашли на него судороги и корчи, и тотчас испустил он дух на руках той, что его держала.

247. Увидев это, служанка запричитала громким голосом: "Увы мне! Увы мне! Горе, горе!" И собрались челядинцы и сбежались посмотреть, что там происходит. И найдя ребенка мертвым, закричали и подняли столь великий шум, что в ту пору не услышать было бы и грома небесного, ибо схватили они эту служанку и говорят, что убьют ее и умертвят за то, что она лишила жизни младенца, над которым сжалился бы всякий.

И туда, где поднялся столь великий шум и крик, как я вам рассказываю, прибежала королева. И когда нашла она мертвым своего сына, которого любила такой великой любовью, как никого на свете, обуяли ее корчи и грянулась она оземь. И когда отпустили ее корчи, говорит она служанке: "Зачем ты убила моего сына? Разве сделала я тебе что плохого?" И та, не зная, чем ей оправдаться, отвечает: "Госпожа моя, не я убила его, а тот, кто спрятал здесь этот яд. Было это сделано со злым умыслом, и вот зло обернулось против меня и меня в нем винят. Пусть же замышлявший зло получит то, что заслужил".

248. Служанку схватили и отвели к королю, который весьма был опечален тем, что произошло, ибо ему уже обо всем донесли. И когда привели ее к королю, он расспросил ее, как это все приключилось, и молвил: "Не ты повинна в этом злодействе, а тот, кто спрятал яд. И знайте, что не для этого ребенка был он уготован, а для другого".

Король повелел отпустить служанку и сказал, что не будет она предана смерти за это злодейство, ибо не ею было приготовлено зелье, а другими. И Горвенал, который был весьма мудр и прозорлив, молвил к королю и сказал: "Знайте, сир, что этим зельем хотели извести либо вас, либо сына вашего Тристана, и что это дело рук дамы или девицы. Берегите же себя, если дорога вам жизнь, а о Тристане, воспитаннике моем, позабочусь я сам, если это будет угодно господу".

249. Король рассудил и заметил, что Горвенал сказал ему правду об этом деле, и уразумел, что яд был приготовлен для него или для Тристана, и сказал об этом одному из своих приближенных и спросил у него, кто бы мог это сделать, ибо весьма ему хотелось проведать, как это дело было подстроено. Тот ему отвечает: "Нелегко это будет узнать. Но раз этот замысел не удался, так что не пострадали ни вы, ни Тристан, вам остается только беречься, ибо знайте, что ищущий вашей погибели находится среди вашего окружения". Король говорит, что побережется, если сможет, и умолкает и больше не поминает об этом. Но был он устрашен свыше меры, ибо не знал, кого ему нужно опасаться.

250. А королева оплакивает своего сына, погибшего от ее рук и по ее вине. И так она печалится, что хочет умереть. И говорит себе, что навеки она опозорена, убив своего сына и потерпев неудачу в том, что было ею задумано. Сильно томится она и казнится из-за этого дела; и когда видит проходящего мимо Тристана, вся ее боль и весь ее гнев обращаются на него. Мнится ей, что из-за Тристана погиб ее сын. Из-за Тристана все ее муки. И решает она во что бы то ни стало отомстить ему.

Таким образом и по такой причине, как я вам рассказываю, воспылала королева Леонуа к Тристану таким гневом и такой злобой, что согласна была пойти на смерть и бесчестье, лишь бы его извести. И стала она всеми силами искать его погибели.

251. Горвенал, который был весьма мудр и весьма во всем осмотрителен, заметил, что королева ненавидит Тристана всем своим сердцем, и понял, что ею-то и был приготовлен яд. Тогда отзывает он в сторону Тристана и молвит ему: "Тристан, - говорит он, - держись подальше от королевы, а еду и питье принимай только из моих рук. Не пей ничего, что она тебе поднесет. Что еще тебе сказать? Делай все, что она прикажет, только не ешь и не пей; еду и питье не принимай без меня". И отрок ему обещает, что никогда не нарушит его повеления.

Так наставляет Горвенал своего питомца, и тот во всем ему послушен. А королева, которая ничего о том не знает, ждет своего часа, чтобы извести Тристана. И да будет вам ведомо, что она уже приготовила яд и решила дать его ему, как только придет подходящее время.

Тристану шел восьмой год, и был он так мил и пригож, что казался среди своих сверстников розой среди прочих цветов, и был он лучшей отрадой королю, своему отцу, который любил его так, как не любил ни других, ни себя самого.

252. Однажды уединился король у себя в опочивальне, так что не было с ним никого, кроме Тристана, его сына. Было жарко, и король томился великой жаждой, и попросил напиться. "Тристан, - молвит он, - пойди принеси мне воды". И отрок повернулся к окну, и тут попался ему на глаза серебряный кувшинчик, в котором был яд. И, не ведая о том, налил он яду в чашу и подал отцу.

Не успел тот ее принять, как вошла в опочивальню королева и, увидев кувшинчик, что держал Тристан, закричала: "Сир, не пейте, иначе умрете!" Услышав эти слова, король отвел руку от чаши и спрашивает: "А что это за питье?" И ей страшно признаться, что это яд, ибо тогда король может подумать, что она хотела его отравить. "Сир, - говорит она, - вам негоже его пить". - "А для чего же тогда, - спрашивает король, - вы его здесь держите?" И она не знает, что на это ответить. И королю пришло на ум, что она приготовила это зелье, чтобы его извести, и говорит он ей: "Выпейте его сами, не то я вас казню". А она в ответ: "Можете меня казнить, ибо ни за что я к нему не притронусь". - "Не притронетесь? - говорит король. - Тогда придется вам умереть не той смертью, какую вы для меня готовили".

253. И созвал король своих баронов и поведал им о том, что случилось. И услышав, что ее обвиняют в этом деле и в этом злодействе, королева так опешила, что едва вымолвила: "Сир, не для вас я приготовила его". - "А для кого же? - вопрошает король. - Мне надлежит это знать". И та, увидев, что некуда ей деваться, молит его о пощаде. "Напрасны ваши мольбы, - говорит король, - мне надлежит знать, для кого вы его приготовили".

И королева плачет, видя, что с ней так обходятся и что придется ей поведать королю о всех своих замыслах. А король, разгневавшись и разъярившись, берет меч, что лежал там на постели, вынимает его из ножен, идет прямо к королеве и говорит, что убьет ее немедля, если только не скажет она правды об этом деле. И объял ее страх и ужас перед смертью, когда увидела она, что король так разгневался, и невмочь ей стало таиться от него, и поведала она ему, как все было, и рассказала, что содеяла это, чтобы извести Тристана. "Клянусь господом, - говорит король, - злое же дело задумано вами! Вы достойны смерти, и если мои бароны скажут, что вы должны умереть, вы умрете, ибо не будет вам оправдания на божьем суде. Тристан ничем не провинился перед вами, чтобы вы искали его смерти".

254. Тогда велел король своим приближенным взять ее под стражу и держать до тех пор, пока не будет она оправдана или осуждена, ибо, сказал он, "мнится мне, что она повинна в этом деле".

И те взяли ее под стражу. А король велит позвать самых многомудрых своих баронов и рассказывает им, как все было, и заставляет побожиться, что свершат они правый суд. "И знайте, - говорит он, - что если уклонитесь вы от правого суда, я казню вас всех вместе с нею". Те посовещались между собой и потом ответили и сказали, что она достойна смерти. И король говорит: "Итак, она умрет, ибо не было ей дано оправдания на суде". И прослышав, что суд свершился, и что не избежать королеве смерти, придворные дамы принялись горевать и печалиться неслыханно великой печалью.

255. Тристан был в ту пору во дворце, и когда увидел он, какая печаль там царит, захотелось ему узнать о ее причине. И ему о ней сказали. И услышав, что королева должна умереть из-за этого дела, он умолк и не стал больше говорить ни с теми, кто ему отвечал, ни с другими, а пошел прямо к королю, своему отцу, опустился перед ним на колени и попросил его исполнить одно свое желание. Тому было невдомек, о чем хочет просить его Тристан, иначе он ни за что не исполнил бы его просьбы. И говорит король: "Открой мне свое желание, сын мой, и я его исполню, ибо я люблю тебя больше всего на свете и ни в чем тебе не откажу; свою собственную жизнь отдал бы я ради твоей, если бы в том была нужда".

256. Тристан отвечает отцу не как неразумный ребенок, а как взрослый муж, и говорит: "Сир, благодарю вас за то, что согласились вы исполнить мое желание. И знаете ли, в чем оно состоит? Я хочу, чтобы отвели вы свой гнев от госпожи королевы и простили ее за то дело, что свершилось на ваших глазах, и отменили приговор, вынесенный вами и вашими советниками".

Король опешил от таких речей, ибо не верилось ему, чтобы ребенок мог вести их по своему разумению, и решил он, что его подучили. И не желал он, чтобы королева осталась безнаказанной, ибо не было ничего на свете, что ненавидел бы он сильнее, чем предательство и убийство. И когда пришел в себя, говорит сыну: "Ты получишь то, о чем просил, ибо я дал тебе обещание. Но скажи мне, по чьему наущению ты это сделал?" И тот отвечает: "Знайте, сир, что не слушал я ничьих наущений, кроме собственного сердца и разума, ибо не мог оставить госпожу мою на погибель, если возможно мне ее спасти". И король говорит: "Сын мой, ты поступил правильно, а она была коварна и вероломна, когда искала твоей смерти. И хорошо еще, что не удалось ей исполнить задуманного".

Таким образом была спасена от смерти мачеха Тристана, и сделал это сам Тристан, чьей погибели она добивалась изо всех сил. И да будет вам ведомо, что сделал он это по своей воле и своему разумению, и за то заслужил славу достойнейшего и добрейшего среди мудрецов Леонуа. И все в один голос говорили, что не преминет он стать доблестным рыцарем, если продлит господь его дни.

А королева возвратилась живой и невредимой к своему господину, но знайте, что он уже не любил ее так. как любил прежде, и не доверял ей.

257. Немного времени прошло после этого дела, и вот отправился король в лес на охоту и взял с собой большую свиту. Был там Горвенал и с ним Тристан, которого тот никуда не отпускал от себя. Тристан мог бы не поехать туда, ибо был еще мал годами, но Горвенал взял его, чтобы тот приучался лесовать и полевать. И обрядил он его в охотничий наряд.

И там, где ехал таким образом король среди своей свиты, неведомо откуда появились двое рыцарей в полном вооружении. И увидев свиту, спрашивают они, где король. И его им показали. "А где Тристан, его сын?" - говорят они. И Горвенал, почуяв недоброе, рванулся вперед и отвечает: "Нет его здесь, мы оставили его в городе. А что вам от него нужно?" Те промолчали, подъехали к королю и говорят ему: "Король Мелиадук, великого зла мы тебе желаем, хоть и не заслужил ты его; но не ты, так твой отпрыск того заслужит, ибо, поистине, либо им, либо тобой будем мы обесчещены и опозорены, так что содрогнется от страха весь Корнуэльс. И раз не миновать этому делу, и не можем мы его отвратить, то некого нам за него покарать, кроме тебя; отомстим мы тебе, как сумеем".

Тут выхватили они мечи и бросились на короля и зарубили его, прежде чем кто-нибудь из свиты успел прийти ему на подмогу. Но тут же сами полегли мертвыми. Были они из графства Норхольт и в близкой родне с корнуэльской знатью, и предсказала им одна корнуэльская ведунья, что роду графа Норхольта суждено пасть от руки короля Мелиадука или его отпрыска. Потому-то они и приехали в тот лес и сделали это не столько по своему разумению, сколько по наущению короля Марка, ибо никого так не боялся Марк, как Тристана.

Но впоследствии сбылось предсказание ведуньи, ибо Тристан собственной рукой убил графа Норхольта, истребил все его потомство,14 а потом разорил его город, не оставив от него камня на камне. Но здесь время прервать рассказ об этом деле и вернуться к смерти короля Мелиадука.

258. Когда бароны Леонуа увидели, что господин их мертв, они так опечалились, что не могли вымолвить ни слова. А когда пришли в себя, сказали, что не видано еще было на свете столь нерадивой охраны, какой были они королю. И согласились между собой, что был он убит по их вине и по их небрежению.

Тут поднялся стон и крик на все голоса. Плачет Тристан, плачет Горвенал, а с ними и все остальные. И когда наплакались они вдоволь, то нарубили дерев, сладили пристойный гроб, положили в него тело короля н отвезли его таким образом в город, что был неподалеку.

Сильно сокрушались и скорбели жители Леонуа по своему сеньору. И оплакав его, как подобает, предали его тело земле с теми почестями, с какими в те времена погребали королей.

259. Король же Марк, который все это время пребывал в Корнуэльсе, сидел однажды в одиночестве в своем дворце в глубоком раздумье. И проходит тут мимо короля один карлик, весьма осведомленный о всем том, что еще должно свершиться. Побывал он в свое время в Британии и узнал от Мерлина много разных разностей. Карлик был человеком благородным, сыном короля Хоэля. Но из-за его маленького роста, ибо был он карлик, отец прогнал его от себя, считая постыдным водить с ним дружбу.

Король же Марк держал его при себе, ибо был карлик мудр, находчив и правдив. Знал он столько тайного и еще не случившегося, что мог поспорить в этом разве что с одним Мерлином.

260. Когда карлик заметил, сколь глубоко задумался король Марк, он остановился и сказал как бы в гневе: "Думай, думай, король Марк! Тристан, твой племянник, прекрасный, добрый, не дитя, а цветок. Но если ты еще подумаешь, то печальны и скорбны будут твои мысли. Ведь по твоей же вине ты столь беден и слаб".

Когда король услыхал эти речи, он отвлекся от своих мыслей и сказал: "Все те беды, что ты мне предсказываешь, со мной не приключатся, ибо я их предупрежу. Я сам его убью, не дожидаясь, что он на меня нападет". На это карлик ответил: "Сделать это будет слишком опасно, ведь все будут восхищены рыцарственностью Тристана". - "Посмотрим, - сказал король Марк, - будет ли он действительно столь доблестным рыцарем?" - "Вне всякого сомнения", - ответил карлик. "Тогда я совершу задуманное так, - сказал король, - что он не будет меня бояться. Но что бы там ни говорили, а плохо ему придется". И он отложил это дело, на которое на этот раз еще не отважился.

261. Горвенал, все это время пребывавший в Леонуа и не спускавший глаз с королевы, заметил, что хочет она во что бы то ни стало погубить Тристана, ибо мнилось ей, что если он умрет, то она завладеет страной. И убоялся он и устрашился, как бы она его не убила, и поэтому позвал к себе однажды Тристана. "Добрый друг мой, - говорит он ему, - ваша мачеха желает вам такого зла, что я теперь только и смотрю, как бы не погубила она вас каким-нибудь коварством; и знайте, что уж давно извела бы она вас, если бы не опасалась меня. Вот что мы сделаем: отправимся в Галлию, во дворец короля Фарамона15. Там научитесь вы вежеству и придворному обхождению, как то подобает всякому благородному и высокородному мужу. И когда по воле господа нашего примете вы рыцарское посвящение, и слава о подвигах ваших разойдется по всей земле, тогда, если будет вам угодно, вернетесь вы в королевство Леонуа и не найдется там никого, кто осмелился бы вам перечить".

Отрок отвечает ему и говорит: "Господин мой, я готов следовать за вами всюду, куда вам заблагорассудится. Никто не любил меня и не жалел, кроме вас, и поэтому не расстанусь я с вами ни за что на свете". - "Тогда мы отправимся завтра же утром", - молвит Горвенал. И тот с ним согласился.

262. Всю ночь снаряжался Горвенал в путь с тщанием и старанием и взял с собою все золото и серебро, что у него было. И на следующее утро, еще до рассвета, сели они на коней.

Что мне вам о них рассказать? Пустились они в путь и ехали до тех пор, пока не достигли Франции, и не было у них ни спутников, ни попутчиков. И когда приехали в тот край, где пребывал король Фарамон, Горвенал наказал Тристану, чтобы тот не обмолвился, кто он таков, кто его отец и откуда он родом. И чтобы на все расспросы говорил, что он, мол, благородный отрок из дальних краев. "Добрый господин, - отвечает Тристан, - хороши ваши слова. Знайте, что никогда я вас не ослушаюсь".

И вот приехали они в замок короля Фарамона. Король принял их с великой охотой и сказал им, чтобы они оставались и жили в замке, ибо весьма они ему приглянулись.

263. И вот поселился Тристан в замке короля Фарамона. И так он вырос и похорошел, что всяк дивился его росту и красоте. Столь искусно играл он в шахматы и тавлеи, что никто не мог забрать у него ни одной фигуры. И за малое время научился так умело владеть мечом, что нельзя было сыскать ему равных. Так ловко держался он в седле и так во всяком деле был удачлив, как никто из его сверстников. И знайте, что минуло ему двенадцать лет, и был он столь удал и пригож и столь ловок во всем, за что бы ни взялся, что дивились ему все, кто его видел. И не было такой дамы или девицы, что не почла бы за счастье, если бы Тристан ее полюбил. И служил он королю верой и правдой, а тот благоволил к нему, как ни к одному из своих приближенных. И любил его сильнее, чем остальных отроков, что жили в его замке. И да будет вам ведомо, что никто не знал о нем больше, чем видел собственными глазами, и не ведал о его происхождении, кроме одного Горвенала.

264. У короля Фарамона росла красавица дочь, и была она столь рассудительна, приветлива и прекрасна, что во всей Галлии не нашлось бы девицы краше ее. И вот она засмотрелась на Тристана, как он расхаживает и похаживает, и так запал он ей в сердце, что не знает она и не ведает, на что ей решиться, ибо полюбила его всей душой, как не любила ни других, ни себя самое. Не знает она, как ей быть со своей любовью и что с ней делать, ибо в ее годы еще не ведают об этом и не проведают, если только кто их не надоумит.

Долго думала девица, но так ничего и не надумала, ибо невмочь ей было идти наперекор своей любви и выбросить Тристана из сердца. А если бы открылась она Тристану, что любит его столь сильной и дивной любовью, он счел бы ее безумной, и не стал бы слушать, и покинул бы ее из страха перед королем.

265. Так думает она и гадает и томится великим томлением. И увидев, что не у кого ей испросить совета, решает открыть сердце свое Горвеналу. И вот призналась она ему без утайки, что любит Тристана такой великой любовью, какой не любила никого на свете. "Сделайте же так, - молвит она ему, - чтобы стал он моим, а если откажетесь помочь, будет хуже и ему и мне".

Услышав эти слова, Горвенал так опешил, что не знал, как ему быть, ибо увидел, какой любовью воспылала она к Тристану; а Тристан еще так мал годами и непорочен, что это может обернуться бедой и для него и для нее, ибо даже если и не случится между ними греха, люди могут подумать, что он был. И отвечает Горвенал девице как можно учтивей, и говорит: "Благодарю вас за то, что соизволили вы мне открыться. Знайте, что я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам утолить вашу страсть, ибо не думаю я, чтобы она была неугодна Тристану. А если даже воспротивится он ей по неискушенности своей в любви, то, мнится мне, и тогда я сумею уговорить его и склонить на это". И девица горячо благодарит Горвенала за все, что он обещал.

Тут расстался Горвенал с королевской дочерью и ушел от нее в великом замешательстве, оттого что не знал толком, как ему поступить. Весьма опасался он короля, и не напрасно, ибо знал, как тот вспыльчив и гневлив. Если проведает он об этом деле, так удручит оно его, что прогонит он от себя с позором и свою дочь, и Тристана, и его самого16.. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .

271. Вечером говорит Горвенал Тристану, своему питомцу: "Как нам быть, Тристан? Королевская дочь любит тебя такой великой любовью, что готова себя умертвить, если не исполнишь ты ее воли и не полюбишь ее. Поведай же мне, что намерен ты делать, ибо избрала она меня своим посредником". Отрок отвечает ему и говорит: "Если девица эта любит меня чистой любовью, по правде и чести, то и я возлюблю ее всем сердцем; если же страсть ее греховна, то пусть хранит она ее при себе, ибо никогда не соглашусь я на нее отозваться. Ведь иначе пришлось бы мне поступить бесчестно и навлечь стыд и позор на ее отца, который приютил меня в своем замке, даже не ведая, кто я такой".

Услышав эти речи, от души подивился им Горвенал, ибо не по летам они были разумны: ведь Тристану шел всего тринадцатый год. И говорит ему, чтобы еще раз его испытать: "Неужто, Тристан, отвергнете вы любовь столь прекрасной девицы, как та, о которой я вам говорю? К тому же, в ее власти погубить вас по своей прихоти и осчастливить по своей милости". И отрок еще раз ему отвечает: "Что мне в ее красоте? Если только не утрачу я благоразумия, ничто на свете не склонит меня на такое дело, из-за которого король мог бы усомниться в моей верности. Я поступил бы вероломно, если бы навлек позор на того, от кого не видел ничего, кроме добра. А если бы и впрямь влюбился я в эту девицу так же сильно, как она в меня, надлежало бы вам приложить все старания, чтобы отвратить меня от этой любви".

272. И все сказанное осталось между ними. А на следующий день девица подстерегла Горвенала и спрашивает, виделся ли он с Тристаном. И тот говорит ей всю правду, что ничего он от него не добился. "Как, - молвит она, - неужто он мне отказал? Плохо же он сделал. Придется ему в том раскаяться".

И пошла она прочь в великой печали, проклиная час, в который была рождена. И придя к себе в опочивальню, принялась тихонько плакать, чтобы ди одна живая душа ее не услышала.

273. Вскоре после того сидела она однажды, задумавшись, у себя в опочивальне, ибо не могла забыть своей страсти к Тристану, а только о том и помышляла, как бы ее утолить. И туда, где сидела она, задумавшись таким образом, случилось заглянуть Тристану, который шел прогуляться по лугу. В опочивальне было мало света, и потому не заметил он девицы, а она видела его хорошо. И не успел он войти туда, как бросилась она к нему и принялась обнимать и целовать в глаза и губы. И увидев ее, он весьма огорчился и хотел оттолкнуть ее от себя, но не смог, ибо не хватило у него сил, а девица держала его крепко. И устрашился он, и убоялся, как бы кто не вошел в опочивальню и, увидев их, не подумал чего плохого. И вырвавшись из ее объятий, хотел уйти прочь. А она, обезумев от тоски и не помня себя от печали, испустила такой громкий и неистовый вопль, что услышали его все рыцари, что были в замке. И до самого короля донесся этот вопль, но невдомек ему было, что это кричит его дочь.

274. Рыцари поспешно сбежались на этот крик и застали Тристана в объятиях девицы. И увидев их, испугалась она и ужаснулась, как бы не казнил ее король, проведав о том, что случилось. И потому закричала пришедшим: "На помощь, на помощь, добрые господа! Тристан хотел меня обесчестить!" - "Клянемся именем господним, - отвечают они, - он "а то поплатится". И тотчас схватили его и отвели к королю и рассказали ему обо всем, что случилось, как сами они о том думали.

Король весьма был огорчен этим делом; взглянул он свысока на Тристана и говорит ему: "Итак, решили вы отплатить мне бесчестьем за оказанную вам честь? Не ждите же от меня пощады". И велел он бросить Тристана в темницу, и его туда бросили.

275. Когда Горвенал, вернувшись в замок, услышал эту новость, он так опечалился, что стал клясть себя и казниться, и сказал себе: "Если погибнет Тристан из-за этого дела, ляжет на меня позор и вовеки не будет мне радости". И не знает он, что делать, ибо не приходит ему на ум, как вызволить Тристана. И все-таки идет к королю, хотя многие оскорбляют его и поносят из-за Тристана и говорят, что дурно он его воспитал, и что будь Тристан и впрямь столь благородным отроком, каким все его считали, никогда не нанес бы он такого бесчестья королю. А он, не отвечая ни слова на эти речи, идет к королю и молит его во имя господне выслушать то, что он хочет ему сказать. "Говорите!" - молвит король, "Сир, никому не скажу я этого, кроме вашей милости, ибо не для посторонних ушей мои речи; и знайте, что ко благу будут они и вам и всему вашему королевству".

Король идет в уединенный покой, а Горвенал за ним. И когда пришли они туда, Горвенал принялся пересказывать ему все, что слышал от королевской дочери. "И знайте, сир, - говорит он, - что все было совсем не так, как вы думаете, ибо дочь ваша любит Тристана как никого на свете, а он ее - разве что из любви к вам".

276. Король, который был весьма многомудр, услышав такие речи, подумал, что Горвенал хочет его провести, но решил, что все это можно проверить, и потому сдержал на время свой гнев. И рассудил, что узнает правду об этом деле вернее, чем узнал со слов Горвенала, и не стал ему перечить, а молвил: "Выслушал я все, что вы мне сказали. Знайте же, что не позднее завтрашнего вечера сумею я доискаться до всей правды. И если подтвердятся ваши слова, я отпущу Тристана, - а если нет - тут же велю его казнить".

Здесь Горвенал расстался с королем. А король, не тратя времени даром, велит позвать свою дочь и говорит ей: "Дочь моя, не отрадно ли будет тебе узнать, что я сделаю с Тристаном из любви к тебе? Раз был он уличен в таком злодействе, прикажу я предать его позорной и постыдной казни, и тем отомщу за тебя". А она не смеет открыть, что у нее на сердце, и отвечает ему чуть слышно, и говорит: "Поделом каждому расплата за его прегрешения". А король продолжаете "Но не сам буду я судить и решать, достоин ли он смерти, а поручу суд тебе". И она тотчас же подумала, что если суд будет за ней, вовеки не дождется он той казни, что ему положена. И понял король по ее лицу, что не так-то уж сильно ненавидит она Тристана, как ему казалось. И с теми словами отпустил ее.

277. Наутро, в седьмом часу, призывает он дочь свою к себе в покои. Потом велит привести из темницы Тристана и еще одного юношу, родственника королевы, который незадолго перед тем был уличен в бесчестном убийстве рыцаря; за это взял его король под стражу и собирался казнить. Юноша этот приходился двоюродным братом принцессе. И когда вывели их из темницы, и предстали они перед королем, король поднялся, взял большой меч, вынул его из ножен и говорит дочери: "Видишь этих двух юношей, осужденных на смерть? С одним из них состоишь ты в родстве, ибо он твой двоюродный брат, а другой тебе чужой. И хотя оба они должны умереть, я позволяю тебе освободить того из них, кого ты захочешь. Выбери того, кто больше тебе по сердцу, а другой достанется мне. Тот, кого ты выберешь, будет освобожден, а другому я отрублю голову этим мечом, и не спасет его уже никто на свете. Выбирай же, кто больше тебе люб".

278. Услышав эти слова, смутилась девица, не зная, что ей ответить. Понимает она, что король обо всем догадается, если не выберет она своего двоюродного брата, а если обречет на смерть Тристана, которого любит, как никого на свете, то вечно будет казнить себя за это. И король, видя ее смущение, убеждается в том, что она любит Тристана. И еще раз говорит ей, чтобы сильнее уязвить ее: "Выбирай же поскорее того, кто тебе люб, ибо если будешь ты медлить, то лишишься обоих". А она из страха перед отцом не решается открыть, что у нее на сердце. И в третий раз говорит он ей: "Торопись же, дочь моя!" И так испугалась она и ужаснулась, что вымолвила: "Освободите двоюродного брата моего, Мелиана". - "Тогда придется мне казнить Тристана", - говорит король. И с этими словами заносит он меч, словно хочет отрубить ему голову.

279. А девица, не в силах этого вынести и не помня себя от горя, бросилась к отцу, как безумная, и говорит ему, томясь от любви: "Заклинаю вас именем господним, остановитесь! Не то я сказала, что думала, и беру свои слова обратно. Я выбираю Тристана, а Мелиана оставляю вам". А король усмехнулся и отвечает: "Не бывать этому! Получай того, кого выбрала, а другой достанется мне. Ничто уж не спасет Тристана".

И снова заносит меч, словно хочет отрубить ему голову, а на самом деле и не помышляет об этом. И снова бросается она к нему и молит: "Отец, не убивайте его, убейте лучше меня. Пусть он останется в живых, а я умру". - "Ни за что на свете, - отвечает король, - не отступлюсь я от своих слов. Нет спасения Тристану". - "Дайте тогда мне меч, - просит она, - и я сама убью его; лучше уж погибнуть ему от моей руки, чем от вашей". Король дал ей меч. И схватив его, отбежала она в сторону и говорит: "Отец! Или ты отдашь мне Тристана, или я тут же убью себя своими собственными руками, и да поможет мне бог". И король говорит ей: "С чего решила ты убить себя? Неужто так сильно любишь ты Тристана?" - "Да, - отвечает она, - больше, чем себя самое. Если убьешь ты его, не жить и мне, а если даруешь ему жизнь, и я останусь в живых".

И тут молвит ей король: "Ладно, будь по-твоему. Отдам я тебе Тристана, раз ты этого хочешь. Бери его себе, а я возьму Мелиана. Опусти же меч, ибо нечего тебе теперь бояться ни за себя, ни за Тристана. Правду сказал мне Горвенал, его наставник. Напрасно я ему не поверил". И она опустила меч. А король говорит Тристану: "Вы свободны, и вовеки не услышите от меня ни слова укоризны".

280. И тот благодарит ото всей души короля, а потом и девицу за то, что вызволила она его из беды, в которую сама завела. И покинув королевские покои, идет к себе в опочивальню и находит там своего наставника, которого томила великая печаль, ибо весьма тревожился он и страшился за Тристана и уж не чаял увидеть его в живых. А когда увидел его перед собой, то возликовал и возрадовался и стал расспрашивать, как удалось ему освободиться. И Тристан поведал ему всю правду о том, как был он освобожден, и сказал, что никогда бы ему не освободиться, если бы не королевская дочь, которая весьма ему помогла, и рассказал, каким образом.

"Ах, сынок, - молвит ему Горвенал, - уж коли избавил вас господь от такой напасти, и король отпустил вас по своей доброй воле, не советовал бы я вам больше у него оставаться, ибо если не захотите вы исполнить волю королевской дочери, не миновать вам беды, хоть и не знаю я, откуда ее ждать. Потому-то и хочу я, чтобы покинули мы Францию и отправились в иные края". - "Господин мой, - отвечает Тристан, - куда же нам, по вашему разумению, лучше всего отправиться?" - "Поедем в Корнуэльс, в замок короля Марка, вашего дяди. Там сможете вы послужить ему вместе с другими отроками, и никто не догадается, кто вы такой, ибо с тех пор, как покинули мы Леонуа, вы, благодарение господу, так выросли и похорошели, что теперь не узнать вас никому из тех, кто знал вас прежде. И если скажетесь вы там благородным отроком из чужих краев, никто не признает в вас Тристана. И когда послужите вы дяде своему столько, сколько пожелаете, и настанет вам время и срок принять рыцарское посвящение, примете вы его от дяди, или от кого другого, как будет вам угодно". И Тристан с ним согласился.

281. Что вам теперь рассказать? Приходит Тристан к королю Фарамону и просит, чтобы тот его отпустил, и говорит, что решил он вернуться в родные края, и от всего сердца благодарит за почести, которых был удостоен в этом замке. А король убеждает его остаться и сулит за это столько земель и почестей, сколько тому и не снилось. Тристан благодарит его за посулы, но повторяет, что никак нельзя ему больше у него оставаться. "Уж если не хотите вы у меня оставаться, - молвит король, - прошу вас и заклинаю открыть мне, кто вы такой и откуда родом?" И Тристан сказал ему, что он сын короля Мелиадука и родом из Леонуа. "Ах, - говорит король, - плохо же вы сделали, что так долго от меня это скрывали! Ведь вы приходитесь мне родственником17. Если бы знал я вас раньше, как знаю теперь, то и принял бы у себя в замке не так, как были вы приняты. Худо вы сделали, что не открылись мне",

282. Тут Тристан оставил короля и вернулся к Горвеналу. Сели они на коней и ехали много дней, пока не добрались до моря. Переправились через него и попали в королевство Корнуэльс, и стали расспрашивать, где отыскать короля Марка. И узнали, что обретается он в Глеведене18, в прекрасном и крепком замке, что стоит высоко над морем.

Тут снова пустились они в путь и ехали до тех пор, пока не добрались до этого замка. И когда собирались войти в ворота, увидели, что вслед за ними скачет во весь опор какой-то всадник и везет с собой собачку; и собачка эта была диковинной красоты. И когда всадник этот, что едва держался в седле от усталости, нагнал их, поздоровался он с Тристаном и говорит ему: "Госпожа моя Белида, дочь короля Фарамона, приветствует вас и просит принять от нее собачку и письмо". Тристан слушает его и разумеет, что подарок этот послан той, что так его любила и спасла от смерти, когда король хотел его убить. И отвечает ему: "Добрый друг мой, благодарю вас за эти вести. Дайте же мне письмо". И тот его подал.

283. Тристан сломал печать и стал читать это письмо, и вот что в нем говорилось:

"Милый Тристан, друг истинный и сердечный, чуждый измены и коварства, приветствую вас! Да хранит вас господь, да будете вы здравы, да пребудут с вами радость и довольство, и да сопутствуют вам почести и счастье повсюду, где бы вы ни были! Да станете вы прибежищем славы и побед, великодушия и благородства! И пусть жизнь ваша протечет в усладах и отрадах! Рыцарская доблесть и гордость да будут неразлучны с вами, друг мой, и да разойдется по всей земле молва о вашей доброте! И да будет всякий смертный немощен и ничтожен в сравнении с вами, и да останетесь вы навеки примером мужества и отваги для всего рыцарства. И да ниспошлет вам господь присносущий легкую и беспечальную кончину, а не такую, что ждет меня, ибо горестно было бы вам умирать, как я умираю. Первая моя любовь и последний мой вздох омрачены смертным томлением, и нет мне в скорби моей иной отрады, кроме той, что приму я смерть от того самого меча, коим хотел отрубить вам голову мой отец. И будет мне такая смерть великим утешением, ибо напомнит мне она, как избавила я вас от гибели. Друг мой, никого я не любила, кроме вас, и никого, кроме вас, не полюблю. И хоть не принесла мне любовь ничего, кроме одного этого отрадного помысла, я молю бога, чтобы не дал он вам умереть, прежде чем не узнаете вы и не почувствуете, как владычествует любовь над влюбленным сердцем, и как сладко умирать тому, кто умирает от любви и не может найти от нее спасения.

Друг мой, я умираю из-за вас, и уж если покинули вы меня, так что, умирая, не смогу я вас увидеть, пусть напомнит вам обо мне после моей смерти хоть это письмо, писанное моей собственной рукой, и моя собачка, краше и лучше которой нет ничего на свете. И красота ее такова, что взглянув на нее, не сможете вы не вспомнить обо мне. Пусть же кончина ваша, друг мой, будет легкой, отрадной и блаженной, и не дай вам бог испытать, в какой тоске и муке умирает тот, кого убивает неразделенная любовь".

284. Вот что говорилось в том письме. И прочтя его, спрашивает Тристан посланца: "Неужто и в самом деле покончила с собой дочь короля Фарамона?" - "Да, сир, - отвечает слуга, - так оно и есть. Она закололась мечом, и никто не ведает, отчего". - "Клянусь богом, - молвит Тристан, - горестно же мне это слышать, и весьма я о том скорблю". И говорит своему наставнику: "Возьмите эту собачку из любви к той, что ее послала". И тот ее взял. А слуга молвит Тристану: "Сир, - говорит он, - если будет на то ваша воля, я останусь при вас и буду вам служить. И если не согласитесь вы на это ради меня самого, то мнится мне, должны согласиться из любви к той, что меня послала". И Тристан говорит, что не отвергнет его службы и сообщества, а потом спрашивает: "Знаешь ли ты, кто я такой?" - "Бог свидетель, сир, - отвечает тот, - ничего я не знаю о вас, кроме вашего имени". - "Тогда обещай мне, - молвит Тристан, - что и впредь не будешь о том дознаваться". И тот клянется, что не будет.

Так поступил он на службу к Тристану. И да будет вам ведомо, что стал он впоследствии славнейшим и доблестнейшим рыцарем19 и одним из сотрапезников Круглого Стола. Но потом пал от руки самого Тристана, который убил его неумышленно и нечаянно во время поисков Святого Грааля, когда тот ехал рядом с Паламедом20, добрым сарацином. И об этом будет подробно рассказано в нашей книге в свое время и в своем месте21.. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. .. . .

324. На следующее утро, едва занялась заря, поднялся король и отправился в Ландский замок, где должен был состояться турнир. А Тристан, как я уже вам говорил, остался, чтобы посвятить в рыцари своего оруженосца. И когда посвятил его и вручил ему доспехи, оставленные для него королем, то вооружился, как подобает, и отправился прямо на турнир, что уже открылся на лужайке перед замком.

И король Агизан Шотландский, окруженный множеством рыцарей и отроков и витязей своего двора, бросил вызов королю Ста Рыцарей и его свите; и да будет вам ведомо, что король Ста Рыцарей держал свою землю от Галеота22, владыки Дальних Островов. И было подвластно Галеоту столько земель, что просто диво, но был он в ту пору поражен тяжким недугом, длившимся целый год. И знайте, что в тот год, когда состоялся турнир в Ирландии, был посвящен в рыцари Ланселот Озерный.

325. Тут пришло время скрестить копья, и вы бы только посмотрели, как скакуны ярились и рыцари наземь валились! Сотрапезники Круглого Стола, а их было десять, обратились против короля шотландского и его свиты, и успех был на их стороне. И если спросят меня, кто были те десять рыцарей, я отвечу, что один из них был мессир Ровен, другой - мессир Ивэйн, сын короля Уриена; а кроме них - Гаэрьет23 и Бадемагю24, и сенешаль Кэй, и Додинас Дикий, и Сагремор Ужасный, и Гиврет Короткий, и Гифлет, сын До, и Бранделис, Все десять были придворными короля Артура и сотрапезниками Круглого Стола, кроме Бадемагю, славнейшего и достойнейшего рыцаря тех времен; он не был еще причислен к сотрапезникам Круглого Стола, хоть и служил при дворе короля Артура.

И знайте, что, когда вступили они в схватку, их противникам пришлось несладко, и бежали бы те без оглядки, если бы не добрый рыцарь в черных доспехах и с двумя мечами. Едва вступив в сраженье, принялся он потчевать противников всем на удивленье. Валит рыцарей и крушит, шлемы с голов сбивает, щиты из рук вырывает, так что кто на него ни взглянет, тот и скажет, что ему должен достаться приз всего турнира. И так он в этом преуспел, что приободрились рыцари Замка и бросились на противников столь яростно, что тем волей-неволей пришлось отступить. И все десять сотоварищей были побеждены в этой схватке, и сокрушены, и опозорены великим позором. И мессир Говен получил две раны, а Газрьет три, и мессир Ивэйн столько же; и все остальные были изранены и наголову разбиты, и невмочь им было за себя постоять.

Увидев этот разгром, опечалился король Ста Рыцарей и устыдился, ибо любил он всем сердцем Белокурую Изольду и знал, что скоро дойдет до нее эта новость. И надумал он отомстить за это поражение, и ради того повелел объявить, что по прошествии десяти дней снова будет состязаться с королем шотландским и прибудет на турнир с множеством рыцарей и с великой силой, которая еще не подоспела. И когда было о том объявлено и услышано, разъехались рыцари и отправились, одни в одну сторону, а другие - в другую.

326. Увидев, что рыцарь с черным щитом, взявший верх надо всеми, уезжает с турнира, король шотландский поскакал за ним во весь опор. И поравнявшись с ним, приветствует он его весьма учтиво, а тот отдает ему приветствие. "Досточтимый сир, - молвит король, - вы были на этом турнире и столько подвигов там совершили, что всех превзошли, так что, если будет на то ваша воля, достанется вам в жены наследница Ландского замка и с нею вся ее земля, а земля эта немалая: ведь турнир этот был устроен для того, чтобы отыскать мужа девице". - "Сир, - отвечает тот, - мне ведомы условия турнира, и никогда не отказался бы я от них, если бы можно было мне жениться. Но знайте, что не могу я этого сделать". - "А где вы думаете заночевать? - молвит король. - Время уже позднее". - "Сир, я заночую у моря, в замке моего друга". - "А собираетесь ли вы, - спрашивает король, - на тот турнир, о коем было объявлено?" - "Знайте, сир, - молвит рыцарь в ответ, - что если будет на то моя воля, я на него приеду". - "Хорошо сказано, - молвит король. - Храни же вас господь!" - "И вас также, сир!" - отвечает рыцарь. И таким образом расстались они друг с другом.

327. Король воротился в замок, перед которым состоялся турнир, а рыцарь вместе с двумя своими оруженосцами отправился своей дорогой. Но не успел он далеко отъехать, как догнал его ирландский король, отец Белокурой Изольды, поспешавший за ним вслед; и не было с ним никого, кроме Тристана и двух оруженосцев. Король его приветствует, а тот отдает ему приветствие весьма вежливо и учтиво. "Дорогой сир, - молвит король, - хочу я попросить вас об одном одолжении, которое ничего не будет вам стоить". И рыцарь отвечает: "А кто вы такой, чтобы просить меня об одолжении?" - "Я один из здешних рыцарей, готовых оказать вам почет и уважение в этом краю, - говорит король. - И знайте, что не попрошу я у вас ничего такого, о чем могли бы вы пожалеть". И тот, видя, что король не отступится от своего, обещает исполнить его просьбу. Король благодарит его за это, а потом говорит ему так: "Знайте же, что вы обещали остаться у меня на столько времени, сколько будет вам угодно провести в этом краю. Поживите вы у меня в свое удовольствие, и не будет вам отказа ни в чем, чего бы вы ни пожелали. Поедем же ко мне!" И тот видит, что нельзя ему отказать.

Таким образом увез король этого рыцаря с собой. И если спросят меня, как было его имя, я отвечу, что звали его Сарацин Паламед. Он был нехристем, но люди, среди которых он жил, почитали его за христианина. Было у него двенадцать братьев, достойнейших рыцарей, и многомудрый отец, коего звали Эсклабор Непризнанный. Этой же ночью прибыл король ирландский в один из своих замков, и знайте, что оказал он Паламеду великий почет и уважение, и не мог на него наглядеться, ибо тот был молод и пригож собой.

328. А наутро пустились они в путь и ехали до тех пор, пока не достигли замка у моря, где жила королева. Сойдя с коня, король идет прямо к королеве и молвит ей: "Госпожа моя, у меня для вас новость. Будет у нас дневать и ночевать славнейший рыцарь на свете. Столько подвигов совершил он на последнем турнире, сколько и не снилось всем остальным рыцарям. Прошу вас почитать его и уважать больше, чем меня самого. И вы, Изольда, милая дочь моя, постарайтесь ему услужить". И те отвечают, что исполнят его повеление.

И был Паламед весь вечер окружен таким радушием и уважением, какого не мог и желать. А наутро стала ему служить за столом Изольда вместе со своими подругами, чтобы он не скучал. И была она столь прекрасна и приветлива, что Паламед, взглянув на нее, опешил, и сказал в сердце своем, что никогда не видел такой красоты. И запала Изольда ему в душу, и так понравилась и полюбилась, что пошел бы он ради нее на что угодно, и даже отрекся бы от своей веры. Вера его была ему дороже всего на свете, но и от нее отказался бы он ради Изольды, если бы она того захотела.

329. Так засмотрелся Паламед на Изольду, что не укрылось это от Тристана, и догадался он по его лицу, что тот в нее влюбился всем сердцем. Прежде и самому Тристану случалось взглянуть на Изольду, и весьма она ему нравилась, но тогда сердце его не лежало к ней. А теперь, видя, что Паламед воспылал к ней столь дивной любовью и решил своего добиться или жизни лишиться, поклялся Тристан, что не бывать этому вовеки. Нет спору, Паламед храбрый рыцарь, но сыщутся на свете и не такие храбрецы. И вспомнил Тристан, что его собственные раны совсем зажили, и подумал, что вскоре сможет он сам отличиться на бранном поле не хуже, чем отличился третьего дня Паламед.

Тогда исполнился Тристан гордыни и гнева из-за любви к госпоже Изольде. С ненавистью взирает он на Паламеда, ибо мнится ему, что тот будет преградой и помехой его любви. И не прошло и четырех дней, как Паламед, который был весьма прозорлив, заметил, что Тристан влюбился в Изольду, а его возненавидел лютой ненавистью. И оттого возгорелась еще сильнее его страсть к Изольде, а на Тристана воспылал он такой дикой злобой, какой не питал ни к кому на свете, ибо видел, как тот пригож и строен. И мнилось ему, что Тристан добьется любви Изольды, и что она уже полюбила его всем сердцем.

330. Так возненавидели друг друга лютой ненавистью Тристан и Паламед. А Изольда знать о том не знает и ведать не ведает, что оба рыцаря в нее влюблены, ибо ей было еще невдомек, что такое любовь.

Была у нее служанка, девушка умная и прозорливая, и мудрость принесли ей не годы, а далась она ей от природы. Стала она присматриваться к обоим рыцарям, и заметила, и узнала, что полюбили они Изольду всем своим сердцем, и потому возненавидели друг друга лютой ненавистью. И смеха ради сказала о том Изольде. А та ей отвечает: "Не могу я им этого запретить, ибо нет у меня на то власти. Но впустую пропадут все их старания, ибо нет мне до них никакого дела".

Ту девушку звали Бранжьеной. И услышав ответ Изольды, говорит она ей с лукавой улыбкой: "А все же, если бы предстояло вам одарить одного из них своей любовью, кого бы вы предпочли: Паламеда или нашего рыцаря?" Изольда отвечает: "Если бы предстояло мне это сделать, я думаю, что выбрала бы Паламеда за его рыцарскую доблесть. Но если бы наш рыцарь выказал столько же доблести и отваги, как Паламед, а сверх того, подтвердилось бы, что он так благороден, как нам кажется, и если бы оправился он от своих ран, тогда, поистине, можно было бы считать его прекраснейшим рыцарем на свете".

331. Все эти девичьи пересуды слышал Тристан, который лежал в том покое, притворяясь спящим. И удалились девушки в соседний покой, и не заметили, что он был там. И когда они ушли, вскочил он со своего ложа, вышел на лужайку и крепко задумался. И когда как следует поразмыслил, то сказал себе, что не добьется он любви Изольды, если не собьет спесь с Паламеда. А тому не бывать без величайших тягот и ратных трудов, ибо знает Тристан, что доблестнее Паламеда не было еще видано рыцарей на свете. Итак, либо он посрамит Паламеда, либо тот его. На том он и порешил.

И был он сам не свой от тоски и заботы, ибо надвое разрывали его сердце любовь к Изольде и ненависть к Паламеду, на которого он не мог смотреть от злобы, когда король Ангуэн25, собираясь на турнир, спросил его, не поедет ли он взглянуть на собравшихся. "Нет, сир, - отвечает Тристан, - рано мне туда ехать, ибо не совсем я еще выздоровел". Король поверил, что так оно и есть, и не стал его уговаривать. А Тристан отказался не потому, что не мог поехать на турнир, а потому, что хотел явиться туда так, чтобы никто его не узнал. Если удастся ему прославиться и завоевать приз, как он того желал, тогда откроется он собравшимся, а если потерпит поражение, придется ему, побежденному и опозоренному, бежать в такие края, где никогда не увидит его больше госпожа Изольда.

332. Паламед отправился на турнир тремя днями раньше короля. А вслед за ним и король Ангуэн прибыл туда со своей свитой, но без оружия. Тристан же остался в замке, и был он весьма удручен, ибо не знал, каким образом удастся ему попасть на турнир. И когда раздумывал он над этим, подошла к нему Бранжьена. Она любила его великой любовью, но не решалась в том открыться. И увидев, что он так удручен, молвит она ему: "Сир, чем вы озабочены? Поведайте мне о том без опаски". - "Ах, Бранжьена, - отвечает он, - будь я уверен, что поможете вы мне избыть мою заботу, я бы вам о ней поведал". И та клянется, что поможет, насколько хватит у нее сил. "Тогда открою я вам, - говорит он, - в чем моя забота. Знайте же, что, будь у меня доспехи, и конь, и конюший, что составил бы мне свиту, я поехал бы на этот турнир". - "А почему же, - спрашивает она, - не отправились вы туда вместе с королем?" - "Потому, - отвечает он, - что хочется мне явиться туда так, чтобы никто меня не узнал, и чтобы ни король, ни все остальные не проведали, кто я такой". - "Клянусь именем господним, - отвечает она, - не бывать тому, чтобы не удалась ваша поездка из-за коня и доспехов, ибо в замке довольно и доспехов и коней, а в оруженосцы я вам дам своих братьев Периниса и Матаэля26. Они добрые и верные слуги и охотно помогут вам в этом деле". И он благодарит ее за все, что она обещала, и говорит ей: "Тогда поторопитесь, иначе не поспеть мне к началу турнира".

Что мне вам здесь сказать? Все исполнила девица, что обещала: достала ему доспехи, надежные и прекрасные, и коня, крепкого и резвого, и белоснежный плащ без единого на нем знака, и дала в оруженосцы двух своих братьев, что согласились ему служить. И он торопится в путь и просит Бранжьену, чтобы никому не проговорилась она об этом деле. И та обещает молчать. И уезжает он со спокойным сердцем.

333. Таким образом, как я вам рассказываю, расстался Тристан с Бранжьеной и отправился вместе с двумя ее братьями на турнир, и никто об этом не проведал. Пустились они в путь и ехали до тех пор, пока не достигли замка, перед которым открылся турнир. И знайте, что собралось там великое множество чужеземных рыцарей; был там и мессир Гаэрьет и много других славных мужей. И король Ста Рыцарей, что был славен и знаменит, вступив в сраженье, такое выказал рвенье, что всех поверг в изумленье, ибо подвигами своими превознес он и возвеличил рыцарскую доблесть.

Но когда появился на бранном поле Паламед, облаченный в те же доспехи, что носил на прошлом турнире, не нашлось там ни единого храбреца, который при виде его не содрогнулся бы. Совершенна была его красота и велика гордыня, и могучим он выглядел рыцарем. "Взгляните, - молвил Гаэрьет, - что за славный боец появился! Наверняка могу сказать, что сегодня сумеет он показать, как надо владеть мечом!" А мессир Ивэйн говорит: "Бог свидетель, что не видывал я на своем веку столь доблестных рыцарей!" И такие же или схожие речи ведут многие из собравшихся на турнир благородных мужей.

А Паламед, ворвавшись в их ряды, принялся лошадей и всадников наземь валить, шлемы с голов сбивать, щиты из рук вырывать и такие удары направо и налево раздавать, что королю Ста Рыцарей и всему его воинству пришлось волей-неволей отступить, и виной тому был не кто иной, как Паламед.

334. И когда увидел король Ста Рыцарей, что ему и всему его воинству волей-неволей приходится уступить поле боя сильнейшему, покрыв себя позором и бесчестием, а рыцари замка вскричали: "Всех одолел рыцарь в черных доспехах с двумя мечами!", - тогда появился на поле Тристан, облаченный в белые доспехи. И увидев, что разбито воинство короля Ста Рыцарей, и услышав, что всех одолел всадник с черным щитом, догадался он, что виной тому не кто иной, как Паламед, которого ненавидел он лютой ненавистью. И тогда велел он подать себе шлем, и его ему подали. А потом он взял свой щит и копье, короткое и тяжелое, и ринулся в ту сторону, где был Паламед, и нанес ему такой удар, что тот рухнул наземь вместе с конем и жестоко расшибся при падении, но иных увечий не получил.

335. Заметив, как он упал, оглянулись мессир Гаэрьет и его соратники, и посмотрели на Тристана, и увидели, что тот и не думает останавливаться. Так доволен был он своим ударом, что проскакал мимо Паламеда, даже не взглянув на него, и предоставил заботу о нем его сотоварищам, которым уже казалось, что победа на их стороне. И начал он так доблестно сражаться, что всех поверг в изумленье, и не было там никого, кто не сказал бы себе, что превзошел он в ратном искусстве рыцаря в черных доспехах. А мессир Гаэрьет молвит своим сотоварищам: "Поскачем же за ним! Если не придем мы ему на подмогу, он сочтет нас за трусов. Я уже пригляделся к нему, и вижу, что он не иначе, как благородный рыцарь". И они отвечают: "Да будем мы прокляты, если оставим его без помощи!" - и скачут к нему во весь опор. А он уже взял в руки меч и принялся разить налево и направо. И был он так доблестен, что не уклонился ни от единого противника, пожелавшего с ним сойтись, так что все только на него и смотрели, и ободряли его криком, и единодушно провозгласили, что победа досталась рыцарю в белых доспехах. И под этот крик пришлось рыцарям Замка волей-неволей обратиться в бегство, ибо воспрянула духом противная сторона, получив столь диковинное подкрепление.

И видит Паламед, что не собраться ему больше с силами, что окончательно он разбит и тем опозорен. И клянет себя жалким трусом, и покидает турнир в слезах и великом сокрушении, и говорит себе, что вовеки не видать ему славы после такого стыда.

 

1 ... большую латинскую книгу... - И в других рукописях речь идет здесь о некоей "латинской книге". Подобные ссылки нельзя понимать буквально: они призваны были подкрепить достоверность и авторитетность излагаемой истории.
2 ... история о Святом Граале... - Подчеркнем включение легенды о Тристане и Изольде уже на этом этапе не просто в артуровский цикл, но и связывание ее с мотивом поисков Грааля, т. е. тем стержнем, вокруг которого прочно объединились все основные сюжеты произаических рыцарских романов.
3 Люс - по-видимому, кличка или псевдоним. Р. Кюртис предполагает, что и английское происхождение этого "автора" также вымышленно; ни один средневековый документ не подтверждает наличия в окрестностях Солсбери некоего замка дель Гат (Гант, Гаут, Гаст и т. д.) других рукописей.
4 Галаад - один из героев рыцарских романов, связанных с темой Грааля; сын Ланселота, самый совершенный из рыцарей; именно ему суждено было отыскать святыню. Отметим также, что в прозаическом "Романе о Тристане" вторым по значению персонажем становится Ланселот, и его приключениям (в пространных редакциях романа) уделено места едва ли меньше, чем самому Тристану.
5 ... всю правду. - Далее в романе рассказывается, как Иосиф Аримафейский прибыл в Британию, чтобы обратить в христианскую веру население этой страны. Его племянник Садор женится на Шелинде; та после ряда приключений попадает в дом короля Корнуэльса Канора и становится его женой. Из-за молодой женщины немало проливается крови: Садор из ревности убивает своего родного брата, Канор подвергается нападению Пелиаса, короля Леонуа, и т. д. Затем следует немало приключений. Аполлон, сын Садора и Шелинды, воспитанный вдали от родителей, не зная их, убивает отца и женится на матери. Через некоторое время инцест открывается и Шелинда погибает. Аполлон, принявший христианство, женится на дочери ирландского короля. Но он не любит жену. Он подозревает ее в измене. В конце концов оба погибают. Их сын Кандас провозглашается королем Корнуэльса и Леонуа. Его сыновья получают каждый по королевству.
6 Норхольт - город и замок, упоминаемые и в некоторых других романах. Возможно, это город на границе Шотландии и Англии. Возможно также, что он помещен в Корнуэльсе, хотя в ряде рукописей романа указано, что он находится в Бретани, т. е. на континенте.
7 ...во вторник, и. в месяце марте. - Т. е. по созвучию названий дня недели (mardi) и месяца (mars).
8 Элиабель - т. е. Елизавета.
9 Мелиадук. - Имя отца героя в разных версиях - разное. Отметим также, что в итальянской версии он считается братом Марка.
10 Мерлин - волшебник и предсказатель, персонаж многих артуровских сказаний. Легенды о нем были заимствованы из кельтского фольклора (валлийский Мирддин) и обработаны первоначально латинскими средневековыми хронистами, прежде всего Гальфридом Монмутским, написавшим ок. 1136 г. стихотворную "Жизнь Мерлина". В артуровских сказаниях Мерлин выступает как друг и советник Утерпендрагона, отца Артура, а затем и самого легендарного короля.
11 Альбина - город в государстве Леонуа; по-видимому, его столица.
12 ... брата своего Пернегана. - Далее рассказывается, как ко двору короля Марка прибывают ирландские послы с требованием дани. Марк легко на это соглашается, несмотря на протесты своего младшего брата Пернегана, смелого и доброго юноши. Пернегана Марк вскоре предательски убивает на охоте, чтобы отомстить молодому человеку за его смелые и прямые речи.
13 ... короля Хоэля. - В ряде рукописей он назван герцогом Нанта. У Ж. Можена, перерабатывавшего одну из версий прозаического "Романа о Тристане", дочь Хоэля зовется Матильдой.
14 ... истребил все его потомство... - Однако далее об этой мести Тристана в прозаическом романе не рассказывается.
15 Фарамон. - Имя этого короля встречается в целом ряде рыцарских романов. Дочь его звали Белидой (она фигурирует только в нашем романе).
16 ... и его самого. - Далее в романе рассказывается, как двор короля Фарамона посещает Морхольт Ирландский. Он поражен красотой Тристана. Королевский шут предсказывает Морхольту, что он падет от руки юноши, но ирландец не обращает внимания на это пророчество.
17 ... приходитесь мне родственником. - Это родство героя с королем Фарамоном нигде в прозаическом "Романе о Тристане" не оговорено. Тем не менее все известные рукописи романа в данном месте текста упоминают об этом родстве.
18 Глеведен. - Этот замок короля Марка упоминается только в прозаическом "Романе о Тристане".
19 ... стал он впоследствии славнейшим и доблестнейшим рыцарем... - Речь идет о Хебесе Прославленном. О его роковом поединке с Тристаном рассказывается в конце романа в прозе.
20 Паламед - персонаж ряда артуровских романов, рыцарь-сарацин, сын Эсклабора. Хотя он выступает соперником Тристана, обрисован он как мужественный и благородный рыцарь, достойный войти в содружество Круглого Стола.
21 ...в своем месте. - Далее в романе рассказывается о прибытии героя ко двору короля Марка, где Тристан всех поражает красотой и ловкостью. Как раз в это время появляется Морхольт с требованием дани. Юноша уговаривает дядю позволить ему сразиться со свирепым ирландцем. Они долго бьются на уединенном острове и в конце концов Тристан одерживает победу. Но он тяжко страдает от раны, полученной в бою. Потеряв надежду на выздоровление, он отплывает один на небольшом суденышке и через две недели пристает к ирландскому берегу. Король Ирландии радушно встречает незнакомого юношу, а дочь его Изольда лечит больного. Спустя месяц Тристан уже может принять участие в устроенном королем Ирландии турнире.
22 Галеот - этот персонаж постоянно встречается в рыцарских романах, особенно посвященных приключениям Ланселота Озерного.
23 Гаэрьет - рыцарь Круглого Стола, родной брат Говена.
24 Бадемагю (или Бадемагюс) - племянник Горского короля Уриена, возлюбленного феи Морганы. Далее перечисляются рыцари, постоянно фигурирующие в романах на артуровские сюжеты.
25 Ангуэн - ирландский король, отец Изольды. Его имя упоминается только во французском прозаическом романе и восходящих к последнему иноязычных версиях.
26 Матаэль. - Если Перинис, брат Бранжьены, упоминается и у Беруля, то Матаэль, второй ее брат, - только в прозаическом романе. Однако отметим, что в стихотворных версиях родство Периниса и служанки Изольды специально не подчеркнуто.

Источник: 

Легенда о Тристане и Изольде. Серия «Литературные памятники», М., «Наука», 1976