Противоположения Фран-Готье

Ранний перевод Ильи Эренбурга.

Монах-толстяк, позевывая сонно
У очага, на мяконькой постели,
Прижал к себе Лаису из Сидона,
Сурьмленую, изнеженную, в теле.
И наблюдал сквозь скважины и щели,
Как, тело к телу, оба нагишом
Смеялись, баловались вечерком,
Как ласки их подогревала влага.
Я понял: скорбь развеять лишь вином.
В довольстве жить – вот истинное благо!

Когда бы Фран-Готье, а с ним Алена
В потехах проводили дни, не ели
Хлеб с луком, по уставам всем закона,
Так бьющим в нос, что устаю я еле!
Что, если бы похлебку в самом деле
Они не приправляли чесноком?
Не придираясь к ним, спрошу я: дом
И мягкий пух не лучше ли оврага?
Уж так ли спать приятно под кустом?
В довольстве жить – вот истинное благо!

Побрезговала б снедью их ворона:
Дуть воду круглый год они умели.
Все пташки – от сих мест до Вавилона, –
Хоть сладко пели б, ни одной недели
В таком житье я не видал бы цели,
А Фран-Готье с Аленой напролом
Резвятся под кустом всю ночь, как днем.
Пусть сладко им, но не по мне их брага.
Хоть хлопотно жить пахарю трудом,
В довольстве жить – вот истинное благо!

Принц, сами посудите вы о том,
Что до меня – вам говорит бродяга.
Я, помню, слышал, будучи юнцом:
В довольстве жить – вот истинное благо!

(На сенсорных экранах страницы можно листать)