Баллада-спор с Франком Готье

Толстяк монах, обедом разморенный,
Разлегся на ковре перед огнем,
А рядом с ним блудница, дочь Сидона,
Бела, нежна, уселась нагишом;
Горячим услаждаются вином.
Целуются – и что им кущи рая!
Монах хохочет, рясу задирая…
Сквозь щель на них поглядел я украдкой
И отошел, от зависти сгорая:
Живется сладко лишь среди достатка.

Когда б Готье, с Еленой обрученный,
Был с этой жизнью сладкою знаком,
Он не хвалил бы хлеб непропеченный,
Приправленный вонючим чесноком,
Сменял бы на горшок над камельком
Все цветики и жил бы не скучая!
Ну что милей: шалаш, трава сырая
Иль теплый дом и мягкая кроватка?
Что скажете? Ответ предвосхищаю:
Живется сладко лишь среди достатка.

Лишь воду пить, жевать овес зеленый,
И круглый год не думать о другом?
Все птицы райские, все рощи Вавилона
Мне не заменят самый скромный дом!
Пусть Франк Готье с Еленою вдвоем
Живут в полях, мышей и крыс пугая,
Вольно же им! У них судьба другая.
Мне от сего не кисло и не сладко;
Я, сын Парижа, здесь провозглашаю:
Живется сладко лишь среди достатка!

Принц, ты со мной согласен, полагаю.
Боюсь, что надоели мы порядком,
Но то, что слышал, снова повторяю:
Живется сладко лишь среди достатка.