Вы здесь

41. Глава сорок первая

ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК В ГОРОД ШИЛЬДУ РАК ЗАПОЛЗ И КАКУЮ КАЗНЬ ЕМУ ШИЛЬДБЮРГЕРЫ ПРИДУМАЛИ

Ни в чем не повинный бедняга рак заблудился, хотел в щель какую-нибудь заползти, но, на свою беду, попал в город Шильду. Когда шильдбюргеры его увидали, то удивились: что за зверь такой! А как разглядели, сколько у него ног — и спереди, и сзади, и как он назад пятится, и как усами шевелит, и как клешнями щелкает, очень они этого честного рака испугались, ибо прежде такого зверя никогда не видели. Сбежались тут все жители Шильды на него поглядеть и стали думать да гадать, что это за чудовище у них объявилось. Никто ничего придумать не мог, пока городской голова не объявил: «Это, должно быть, портной». Он его клешни за портновские ножницы принял. Чтобы такую догадку проверить, посадили шильдбюргеры рака на кусок хорошего сукна, из которого они свои кафтаны шьют.

Стал рак ползать по сукну взад и вперед, а шильдбюргеры за ним следом материю резали. Они думали, что рак новый крой намечает, и решили все его секреты вызнать. Изрезали весь кусок, а кроя никакого не получилось.

Когда они поняли, что вовсе это не портной, выступил один шильдбюргер вперед и сказал: «Есть у меня сын-подмастерье, который много по свету странствовал, за три дня целых две мили проходил, всего навидался. Надо его спросить, что это за чудовище такое». Позвали того подмастерья, оглядел он рака со всех сторон и даже не понял, где у него голова, а где хвост. Потому что рак все время на месте вертелся, и голова у него с хвостом сливалась. Походил подмастерье вокруг рака и говорит:

«Много я на свете чудес видел, но такого еще не встречал. Если хотите знать, что это за тварь, то я вам так скажу: коли это не голубь и не аист, то, должно быть, олень. Да, скорее всего олень».

Ну, от такого ответа шильдбюргеры, надо прямо сказать, сильно не поумнели. Тут один из них любопытства ради потрогал рака рукой, а рак как хвать его клешней! Стал тут шильдбюргер вопить: «Караул! Убивают! Убивают!» Когда другие это услыхали, чаша их терпения переполнилась, сотворили они тут же скорый суд над чудовищем, что их земляка чуть не убило, и вынесли такой приговор:

«Поелику никто в Шильде не ведает, какой зверь в наш город без дозволения забрался, а сам этот зверь обманным образом выдавал себя за портного, коим он на деле не является, постановили мы признать этого зверя за подлого обманщика и, пуще того — за убийцу, ибо он покушался на самую жизнь одного из наших граждан. И казнить того зверя самой суровой казнью, то бишь утопить в реке».

Один из них, которого рак клешней цапнул, взялся сотворить казнь. Подцепил он рака на доску и отнес к реке. Все шильдбюргеры побежали, разумеется, туда же: поглядеть своими глазами на казнь заморского чудовища. В присутствии всех рака бросили в реку. А когда рак в воду попал, оживился он, стал всеми лапами загребать и усами шевелить. Шильдбюргеры его от души пожалели, даже прослезились и так сказали: «Поглядите, до чего же ему, бедному, помирать неохота!»